Кровь нерожденных

Честно говоря, я сама бы хотела родиться мальчиком, а эти были такие интересные, сильные…

Дама слушала молча, иногда кивала. Взгляд ее был – само внимание. Света чувствовала: монолог затягивается. Но надо было договорить до конца.

– Моя подруга осталась в Алабаме, а мне очень трудно без любви, – продолжала она, – я не могу брать кого попало, с улицы. Я тогда поделилась своей проблемой с теми мальчиками, в ресторане, они мне сказали – у вас ее можно решить. Подарили вашу карточку. Но тогда я не успела, было много дел.

– Постарайтесь, пожалуйста, припомнить, как же звали вашего русского друга, – с очаровательной улыбкой попросила дама.

– Кажется, у него на руке была красивая татуировка. Череп, перевитый змеей. И звали его… О, я вспомнила: Валери! О, да. Так зовут мою подругу в Алабаме. Очень красивое имя. По-русски звучит чуть-чуть иначе.

– Валерий, – подсказала дама.

– О, да! Он такой большой, красивый. У него такое большое лицо.

– Я поняла, о ком вы говорите, – кивнула дама.

– Это замечательно, что вы меня понимаете. Мне хочется именно ту девушку. С которой был Валери.

– Катя, – улыбнулась дама, – ее зовут Катя. Как раз сейчас она свободна.

Сейчас были свободны все семь девушек и двое юношей. Наплыв клиентов начинался позже, часов в одиннадцать. Собственно, и наплыва-то особого не было давно. Салон переживал не лучшие свои времена. Поэтому хозяйка обрадовалась появлению богатой идиотки из Алабамы. Хотя такого рода услуги ее девушки не предоставляли, но можно слупить хорошие деньги.

– Ваши друзья говорили о наших расценках? – осведомилась она.

– О, этот вопрос меня не интересует, – рассеянно ответила Света, – я не ограничена в средствах.

– Двести в час, триста пятьдесят – за два часа, – быстро проговорила хозяйка.

– О’кей, – легко согласилась Света, – вам удобно получить наличными? – Света отсчитала четыре стодолларовые бумажки.

Спрятав деньги в карман, дама подняла телефонную трубку, нажала две кнопки и сказала по-русски:

– Катерина, к тебе клиентка. – Она понизила голос и заговорила очень быстро: – Да, баба. Ничего, обслужишь. Не выдрючивайся. Не знаю. Она хочет именно тебя.

– Сейчас вас проводят, – обратилась она к Свете по-английски.

– О, благодарю вас.

Появилась блондинка в белом халате и молча повела ее на второй этаж. Они шли по коридору с рядом дверей. В конце коридора было приоткрытое окно; именно это окно Света заметила, когда заблаговременно осмотрела тыльную сторону дома.

Толстуха открыла одну из дверей, пропустила Свету, сама осталась в коридоре. Дверь захлопнулась.

Посреди комнаты стояла широкая кровать, покрытая одной простыней, без подушек и одеял.