Кровь на клинке

– Прошу прощения, ваше благородие, но какое вам может быть дело до наших отношений? Марина Львовна женщина взрослая, самостоятельная, к тому же вдова, и вправе решать подобный вопрос сама.

– Марина баба, а бабы, как известно, думают не мозгом, – скривился жандарм. – Или вы решили, что я не понимаю, чего вы добиваетесь?

– И чего же, позвольте узнать? – подобрался Руслан.

– Яблочко от яблони не далеко падает. Папаша ваш всей столице задолжал. Это всем известно. Наследства вам, окромя долгов, не видать, как своих ушей. А тут богатая вдова. Разом можно все дела поправить. Даже жениться не придется, ежели дело правильно повернуть. Сама все отдаст.

– Вы в своем уме, сударь?! – зашипел Руслан разъяренной коброй, чувствуя, как кровь ударила в голову от возмущения. – Вы меня смеете альфонсом называть?!

– А кто вы еще есть, сударь? – презрительно усмехнулся жандарм. – Будь вы приличным человеком, давно бы уже женились и жили бы своей семьей. Но у вас в этом деле ничего не выгорит. В местном обществе все знают, чей вы сынок.

– Как прикажете понимать ваши слова, сударь? – возмущенно спросил Рязанов, входя в комнату. Расслышал он только последние слова подполковника.

– А так и понимать, граф, – повернулся к нему жандарм. – Сослуживец ваш банкрот и пройдоха. Шельма, ежели желаете. Решил дела папашкины за счет родственницы моей поправить."

"– Бог свидетель, я этого не хотел, – прорычал Руслан и, вскочив, сгреб жандарма левой рукой за шиворот.

Сдернув подполковника со стула, он одним толчком вышвырнул его в коридор, успев добавить пинка для ускорения. Врезавшись в стену, жандарм рухнул на пол и тяжело заворочался, пытаясь сориентироваться в пространстве. Но подскочивший Руслан футбольным ударом ноги направил его в нужную сторону. Следующий удар сбросил жандарма с лестницы. Таким макаром докатив его до крыльца, Шатун последним могучим пинком сбросил подполковника в пыль, во весь голос прорычав:

– Завтра жду ваших секундантов. Не придут, в вашем же кабинете нагайкой запорю.

Ответить подполковник не смог. Бил Руслан от всей своей широкой души, так что пара переломов ребер жандарму было обеспечено. Вышедший на крыльцо граф, мрачно покачав головой, вздохнул:

– Боюсь, на этом твоя карьера закончится. После такого даже Тарханов с Татищевым не помогут. Не надо было жандарма быть.

– Плевать мне на карьеру, Миша, – беря себя в руки, решительно заявил Руслан. – Погонят с этой службы, другую найду. Меня вон атаман хоть сейчас готов в реестр офицером записать. А имение отберут, так я и в станицу переехать могу. Только что тогда с местными делами станется? Без задумок моих сомнут вас. И это не угроза. Это реальность, и тебе это лучше всех известно.

– Погоди буянить, – помолчав, отмахнулся майор.