Кровь на клинке

– А испанской, шестиструнной случаем нет? – лукаво прищурился парень, вспомнив, что подобный инструмент в империи этого времени всегда был редкостью.

– А знаете, есть, – подумав несколько секунд, вдруг с гордым видом улыбнулся продавец. – Извольте обождать малость. Сей момент принесут, – попросил он и, дернув за ухо крутившегося тут же мальчишку, тихо что-то ему приказал.

Кивнув, мальчишка вьюном ввинтился в толпу и исчез, только пыль поднялась. Руслан, чтобы убить время, покрутил в пальцах глиняную свистульку, брякнул пару раз по струнам балалайки и, повертев в руке свирель, сложил руки на груди, оглядывая торг с высоты своего роста. Толпа продолжала клубиться, споря, торгуясь и перемещаясь с хаотичной упорядоченностью. Именно такой термин пришел парню на ум, когда он смотрел на перемещения толпы.

Абсурд, парадокс, но выглядело это именно так. Из задумчивости его вывел тихий звон струн. Оглянувшись, Шатун увидел мальчишку, протягивающего продавцу искомый товар. Ловко обмахнув черную, лакированную красавицу мягкой тряпочкой, продавец пару секунд побаюкал инструмент в руках, после чего осторожно протянул его через прилавок парню.

– Извольте, господин казак.

– Штабс-капитан. Обращаться ваше благородие, – коротко просветил его Руслан, подхватывая гитару и нежно проводя пальцем по струнам.

– Прощенья просим-с, ваше благородие. Истинный крест, не знал-с, – суетливо поклонился продавец.

– Из столицы никак приехал? – заинтересовался Руслан, услышав, это мещанское, но очень модное «с» в окончании слов.

– Истинно так-с, – снова поклонился продавец.

– Добре. Помолчи пока, – кивнув, велел Шатун, начиная настраивать гитару.

Музыкантом он никогда не был. Даже не имел музыкального образования, но на гитаре выучился играть еще в кадетском училище, быстро сообразив, что в увольнении девчонки гитаристам уделяют особое внимание. Так что играть и настраивать инструмент выучился как следует. Благо музыкальный слух у него имелся, и очень даже неплохой. Убедившись, что инструмент настроен и отлично держит звук, Руслан взял несколько аккордов, после чего внимательно посмотрел в глаза продавцу.

– Сколько? – спросил он так, что живчик невольно вздрогнул.

– Пять рублей на ассигнации, ваше превосходительство, – сглотнув, выдохнул продавец. – Уж простите великодушно, но товар редкий, у нас его не делают. Никак не могу меньше.

– Да ты сдурел, любезный?! – дружно взревели стоявшие рядом казаки в один голос. – За гитару? Пять рублей? Это ж осла купить можно. Корова пятнадцать стоит.

– Тихо, браты, – не повышая голоса, осадил Руслан своих телохранителей. – Он правду сказал. Таких гитар у нас не делают. Она потому испанской и называется. Беру, – завершил он свой спич.