Кровь моего монстра (ЛП)

Я мысленно качаю головой и сажусь напротив него. Он наливает мне чашку чая и я благодарю его, а затем делаю глоток, хотя я не его поклонник.

— Она сильная молодая леди. — голос Николая перекрывает звук телевизора, громкость которого и так невелика. В отличие от своей жены, он говорит спокойным тоном, успокаивающим и приветливым.

— Сильная? — спрашиваю я.

— Да. Сейчас она вне опасности. Но, когда я впервые увидел ее, я подумал, что она не переживет эту ночь.

На самом деле я тоже так думал. Она все еще немного бледна, но это не идет ни в какое сравнение с бледным цветом лица и синими губами, которые были у нее, когда мы приехали.

— Требуется большая сила воли, чтобы цепляться за такую жизнь. — Николай теребит пальцами край своей чашки. — Это может быть вызвано сильной любовью, либо сильной ненавистью.

— Почему ты думаешь, что это может быть одно из двух?

— Интуиция — он улыбается. — Я предполагаю, что это часть любви, которая поддерживала ее.

Не-а. Это определенно ненависть."

"С первого дня, как я встретил ее, Саша боролась и пыталась быть сильной, и это только потому, что ей нужна была эта сила, чтобы бороться с тем, кто представляет опасность для ее женской версии.

Мне потребовалось некоторое время, но я начинаю складывать кусочки пазла, которым является Саша, на свои места.

— Тебе повезло, что ты стал объектом такой любви, сынок — говорит Николай. —Поверь мне, это благословение и если ты не защитишь его, даже используя собственную жизнь, если это необходимо, то ты можешь сожалеть об этом до конца своих дней.

Я вежливо улыбаюсь, кивая в знак согласия. Затем он продолжает рассказывать мне о своей жене и о том, как он однажды чуть не потерял ее, и как они сбежали, потеряли одного сына, женили другого и отправили третьего за границу.

Это интересная история, которая отвлекает мою голову от мучительных сомнений по поводу операции.

Уже тридцать восемь часов.

Виктор до сих пор не вышел на связь.

Это могло быть из-за шторма.

Так должно быть.

Николая прерывают, когда Надя говорит нам садиться за стол. Саша пытается помочь, но суровая медсестра буквально шлепает ее по руке, так что она остается на месте. Она также говорит ей, что переделывать швы было бы хлопотно.

Мы садимся ужинать, и хотя я не ожидал многого, Надя на самом деле постаралась приготовить традиционные блюда, которых я не ел очень давно.

Моя мать никогда не готовила, по крайней мере, для меня. И женщина, которая вырастила меня, не русская.

Саша смотрит на еду, а Николай читает короткую молитву, прежде чем мы приступаем к еде. Надя говорит ей, чтобы она ела определенные блюда, что-то о питательной ценности и количестве соли.

Саша медленно подносит ложку супа к губам. В тот момент, когда она пробует еду, по ее щеке скатывается слеза.