Кровь моего монстра (ЛП)

Он толкается внутрь, и я задыхаюсь, когда боль взрывается во всем моем естестве. Кирилл просто слишком огромен, и, несмотря на оргазм, который я только что испытала, мне больно ощущать его всего в себе.

— Ты такая тугая. Ммм. Так чертовски правильно. — его ворчание наполняет мои уши, и, хотя это причиняет боль, я пытаюсь попасть в ритм.

Мне не нужно долго стараться.

После нескольких толчков удовольствие начинает воевать с болью, и мои стоны эхом разносятся в воздухе. Кирилл обнимает меня за шею, чтобы заставить посмотреть в зеркало.

Я поражена открывшимся передо мной зрелищем. Он выглядит больше, чем жизнь позади меня, и ничем не отличается от зверя, который пожирает меня живьем. Моя кожа потная, раскрасневшаяся и подстроенная под его ритм.

С его рукой на моем горле и связанными запястьями я полностью в его власти."

"— Посмотри, кому ты принадлежишь, Солнышко. Посмотри, как твое тело подчиняется мне, как будто оно создано для меня. Ты моя, и ты всегда будешь моей, черт возьми. Ты никогда не будешь принадлежать никому другому, кроме меня.

Темное чувство собственничества в его словах должно напугать меня, и в какой-то степени, это так и есть, но я не могу мыслить здраво, когда он избивает меня до полусмерти.

Его ритм такой же интенсивный, как и он сам. Он трахает со своим обычным контролем, но иногда он идет так быстро и так сильно, что даже он не может это контролировать. Его очки запотевают от пота и напряжения, и он отбрасывает их в сторону, а затем увеличивает интенсивность.

Мои груди подпрыгивают и болят от возбуждения, а бедра несколько раз ударяются о мраморную стойку. Укол боли усиливает дикое удовольствие, нарастающее в моей сердцевине.

Внезапно он крепче сжимает мое горло и перекрывает мне доступ кислорода.

Я не могу дышать.

Я не могу...

Как раз тогда, когда я думаю, что вот-вот умру, я кончаю.

А потом воздух и экстаз пронзают меня одновременно. Я начинаю падать, но Кирилл толкает меня к стойке. Удар холода ударяет по моей разгоряченной коже, и мои твердые соски царапают мрамор.

Но эти вспышки дискомфорта забываются, когда он хватает меня сзади за шею и трахает меня до оргазма. Он проникает глубже, вытаскивает, затем снова и снова входит внутрь.

Затем он врезается в меня со смертоносностью животного. Он и есть животное.

Монстр, который не может насытиться.

Даже когда я начинаю плакать от того, насколько это становится интенсивным. Даже когда я думаю, что на самом деле упаду в обморок.

Кирилл не останавливается и не замедляет шаг, и уж точно не финиширует. Он трахает меня снова и снова, пока удовольствие не начинает смешиваться с болью. Пока я не буду уверена, хочу ли я, чтобы он когда-нибудь остановился.