Королевская кровь. Книга 9

В руки ему ткнулись притянутые его волей две стихийные жилы — и он потянул их на себя, вверх, вставая, — и вместе с ними поднимались в небеса мегатонны породы… Выше, выше, выше.

Он засипел от натуги, чувствуя, как трещат связки и мускулы. С нутряным земляным стоном вставали по обе стороны от перехода каменные стены. Огромные, как две гранитные ладони, они все росли — сто метров, двести, триста…

Из-за гор вышло солнце — на лицо Демьяна упали лучи, и тут же скрылись за поднимающимися скалами. Король дрожал, стараясь не моргать, чтобы не потерять сознание. Лицу стало горячо. Он облизнулся — из носа текла кровь.

За его спиной ожесточенно сражались и умирали его люди, а он все тянул гранитные стены вверх, пока ""цветок"" не оказался на дне глубокой пропасти — а затем с силой свел ладони.

Загрохотало. Каменные стены столкнулись с таким ревом, что затряслось все вокруг. Столкнулись, ""сдавливая"" цветок перехода, и замерли на секунду в оглушающей тишине — но по ним побежали трещины, и огромные глыбы стен начали рушиться в провал, складываясь в него, как карточный домик. Демьян, откатом брошенный в снег, засипел от разочарования и слабости, глядя за замедленным обрушением чудовищных пиков. А затем перевернулся на живот, вспорол ногтем себе запястье и, впечатав его в наст, зарычал, прижавшись щекой к снегу.

Стихийный дух откликнулся сразу — будто ждал этого приношения и будто дело было на алтаре, питающем Стену, а не далеко в горах. Кровь зашипела, впитываясь; ткнулись вверх, сквозь снег, острия-камни, пронзая вторую ладонь — много сил нужно было духу, большой оплаты он требовал. Многолетний слежавшийся наст вокруг короля вдруг взорвался зеленоватой дымкой — будто кто-то огромный снизу стукнул кулаком, и поднялся вверх сияющий белый столб, обнажая камень, а дымка впиталась в тело Демьяна. То стихийный дух отдал часть своей силы в обмен на кровь.

Бермонт, шатаясь, с трудом встал на четвереньки — руки светились зеленоватым и вязли в камне как в тесте — и, чувствуя гору, как свое тело, поднял голову, глядя на лежащий выше ледник, погрузил пальцы глубже в гранит и пошевелил ими."

"Гора загудела, а сияющий в свете солнца ледник вдруг пошел аккуратными трещинами — будто кто-то снизу разрезал его, как торт, заревел, затрещал — и выплюнул длинный узкий ""язык"", который за какие-то секунды донесся до портала, врезался в поднятые Демьяном и продолжающие обрушаться скалы — а затем, обсыпав и короля, и застывших от ужаса противников снежной крошкой, потек в переход, перемалываясь и перемешиваясь с камнем и землей. Портал замигал, контуры его начали искажаться, скручиваться — и тек, и тек в него гигантский ледопад, пока тот не схлопнулся.