Королевская кровь. Книга 9

Ко мне заглядывала Мария — но я приказала не заходить и не пускать ко мне никого. Я бы не вынесла сейчас кого-то еще.

Мне было мерзко и стыдно — за свое поведение, за безумную истерику, в которой вылились все обиды, вся моя усталость и злость. Я раз за разом звонила Люку, писала ему ""прости"", пыталась шутить и тут же понимала, как это неуместно и жалко выглядит. Он не отвечал, его телефон был вне зоны действия, и в конце концов я затихла, прижимая к себе трубку и всхлипывая.

Сейчас отойду, сяду на машину и поеду к нему.

Как он мог улететь.

Но я никак не могла встать — на меня накатилась апатия, как всегда бывало после истерик, я лежала и смотрела то на сапфировую нить, обвивающую мою ногу, то в сторону разбитого окна. Стало холодно, и я потянула на себя одеяло. Взгляд мой зацепился за мешочек с иглой Поли. Часы показывали половину десятого утра. Нужно было вколоть ее, но даже то, что игла последняя, не заставило меня сдвинуться с места.

Не было сил.

Через какое-то время в мое сознание вторгся шум машин. Я слушала его, слушала голоса, а затем встала и побрела к окну, придерживая на плечах одеяло. Возможно, опять нужна моя помощь?

Но внизу стояли не грузовики с ранеными, а военные автомобили — я видела такие в фортах. От них в сторону замка направлялось несколько офицеров.

Может, они думают, что Люк еще здесь?

Я вздохнула и приказала себе собраться — быстро умылась, поплескав в опухшее, красноглазое лицо холодной водой, переоделась и пошла вниз.

В холле, где размещались койки раненых, стояла гробовая тишина. Я в удивлении остановилась на лестнице. Военные о чем-то разговаривали с леди Лоттой, обернувшейся на звук моих шагов. Она была белой как полотно и плакала.

— Что случилось? — сипло спросила я, чувствуя, как сжимается сердце.

— Госпожа герцогиня, — один из военных поклонился мне. — Простите за плохие известия и примите мои соболезнования. Ваш муж, лорд Лукас, погиб, разбившись на листолете.

Он замолчал, а я поднесла руку к горлу — второй я крепко вцепилась в перила, — и засмеялась, всхлипывающе, громко. И так же резко перестала смеяться.

— Ну что вы, — сказала я, тяжело дыша, и просяще улыбнулась. — Вы ошиблись. Ошиблись, да?

Он не дал мне надежды.

— В его листолет выстрелили из гранатомета, миледи, он рухнул на побережье и сгорел. Врагов обнаружили и уничтожили, но его светлость это уже не спасет, к сожалению.

— Нет, — я качала головой. — Нет. Нет. Тело ведь не нашли? Не нашли ведь.

— Госпожа, тело, скорее всего, от удара выбросило в воду и унесло в море. Там скалы… под ними водовороты, сильное течение. Но мы обнаружили останки… фрагменты тела.

— Где? — я сбежала вниз. — Где? Я хочу посмотреть. Это точно не он, другой кто-то… — я повернулась к свекрови, молча плачущей и глядящей на меня пустыми глазами.