Кровь и пламя

Я надеялся на «заслон» из идущей впереди нежити — напади на них кто, мы бы загодя услышали крики, звон оружия, грохот падающих камней и прочий хорошо знакомый нам шум. Вот только все укрепления оказались пусты — ни одного защитника! Равно как и ни одного работника — если не шум оружия, то мы услыхали бы звон горняцкого инструмента. Но ничего…

И вот теперь мы подошли к самому сердцу, к самой червоточине, от которой исходило некое темное зловоние, ощущаемое всеми, а мною в особенности. И что мы видим? Малый отряд шурдов и нежити свободно топает к огромному решетчатому сооружению, но где сопротивление? Где хозяева, которым давно пора было встретить гостей?

Короткий сдвоенный свист. Тревожный, странно прерывистый рев рога. Один темный гоблин согнулся пополам, крича и держась за торчащее из брюха древко стрелы. Другой держится за окровавленное ухо. Полыхающая глазницами нежить разбегается в стороны, а древняя замшелая киртрасса, паучья нежить, пережившая века, наоборот, поспешно отходит назад, исторгая из пасти злобный клекот.

Вот и хозяева — два десятка воинов с оглушающим не слаженным ревом бегут в атаку… но их доспехи хоть и хороши, но одеты кое-как, один и вовсе споткнулся и упал из-за неправильно надетых сапог. За их спинами стрелки, выглядящие столь же застигнутыми врасплох, стреляющие вразнобой, пускающие стрелы с огромным риском для пехотинцев и… кажется, их сильно шатает…

Сшибка!

Шурды выдержали натиск! — в этот момент я презрительно скривил губы. Что за воины? Что за неумелый натиск? Что за ничтожная сила удара? Хлипкие шурды-разведчики, без тяжелой брони и щитов, сумели устоять! Да еще и огрызнуться ударами коротких тесаков и боевых гарпунов! Раздался многоголосый крик боли, в котором смешались голоса и гоблинов и людей. Визжащая нежить добавила шума. Продолжили лететь стрелы. Вздымалось и опускалось оружие.

Редко удается увидеть подобную схватку, оставаясь при этом в стороне. Нам это удалось — пока что мы не были вовлечены в бойню.

Это бездействие и наблюдение со стороны позволили мне сразу увидеть новую угрозу — из одной из темных дыр, зияющих в кольце гранитных стен, выдвинулось до двух десятков громко стонущих фигур. И передвигались они хоть и с жалобным стоном, но быстро, четко, нацеленно. Рядом шагал кто-то еще — двигаясь совсем иначе и указывая рукой на незваных гостей. Темный капюшон скрывал его голову и лицо. Зачем? Здесь, в этом глубоком уродливом колодце и без того вечный сумрак. Зачем прикрывать свое лицо? Узнаю позже — когда разберусь с некромантом. Это точно он, либо же «поводырь».

— Ниргалы со мной, — свистящим шепотом велел я. — Лучникам к бою — стрелять только по живым, в нежити зря дырок не делайте, все одно без толку. Литас — ты с ними. Целить и в шурдов и в хозяев.