Кровь и честь

- Ну, а если случится так, что в нем не окажется этой самой Крови, что тогда? - спросил Джордан.

- Камень убьет его, - ответил мессир Гэвэйн. Родрик кивнул:

- Суть проблемы для нас заключается в том, что по крайней мере один из ваших братьев, если не оба, считает вас самозванцем. Однако они оба стремятся заставить вас пройти аналогичную церемонию. В случае провала они получат неопровержимые доказательства того, что вы не принц Виктор.

- В изобретательности им не откажешь, - резюмировал Джордан слова графа.

- У нас меньше часа, чтобы дать им ответ, - добавил Родрик.

Остальную часть пути они проделали молча, погруженные каждый в свои мысли. Из всех троих только Джордан не думал об Испытании. Он уже знал, что ему делать. Куда более занимало его то, что положение в Полуночном Замке все ухудшалось. Словно мало было того, что уже успело натворить нереальное, так теперь еще, оказывается, идет открытая война между Луи и Домиником. Между их отрядами дело дошло до открытых сражений, а младший из братьев пожертвовал женой, чтобы добиться преимущества над соперниками. И, несмотря на объявленный регентом Ритуал Передачи, нигде по-прежнему не отыскалось ни следа этих чертовых короны с печатью. Джордан только тяжело вздохнул. Попытка понять мотивы поступков боровшихся за власть группировок вызвала у него головную боль.

Все заговорщики вновь собрались в покоях Джордана, чтобы обсудить возникшее препятствие. Роберт Аргент с тяжелым и непроницаемым лицом неподвижно сидел в кресле возле камина. Брион де Гранж, начальник замковой стражи, стоял, повернувшись спиной к огню, лицо его было мрачнее тучи. В самом удобном кресле, прямо напротив Аргента, устроился принц Виктор, который выглядел по-прежнему изможденным, хотя на щеках его и появился слабый румянец. Казалось, силы начали постепенно возвращаться к нему. Рот принца стал жестче, взгляд обрел ясность и остроту, но руки свои Виктор держал, сцепив пальцы вместе, чтобы окружающие не видели, как они трясутся. Госпожа Хетер разместилась на подлокотнике кресла принца, обвив рукой его плечи."

"Джордан стоял, прислонившись спиной к главной двери. Чем дольше приходилось ему общаться со всей этой компанией заговорщиков, тем больше начинал он ценить близость выхода. Актер на всякий случай посмотрел, далеко ли стоит Гэвэйн, и с удовлетворением отметил, что рыцарь застыл по стойке смирно совсем близко от него. Джордан чувствовал себя увереннее, зная, что у него здесь есть по крайней мере хоть один союзник. Вокруг ощущалась гнетущая, напряженная атмосфера.