Кровь и честь

Таггерт беспрестанно размахивала своим мечом, рука ее онемела от усталости, пот струился по телу, но на место одного сраженного призрака вставали другие. Хранительница призвала на помощь свое искусство Высшей Магии и произнесла Слово Власти. Ослепительный огонь окружил ореолом, поглощавшим все, что только касалось его, Хранительницу и ведунью. На какое-то время чудовища исчезли, и обе они пошли дальше по совершенно пустому коридору. Но волшебство отнимало слишком много сил и причиняло боль, и скоро огненный ореол начал мерцать неровным светом. Таггерт напрягала силы, чтобы поддерживать его, но слишком долгим оказался для нее прошедший день, слишком многое она уже сделала. Огонь угасал, и одно за другим чудовища начали возвращаться. У Катрионы еще оставался меч и щит, но она уже сомневалась, что сумеет долго использовать их.

Матушка Донна внезапно остановилась, и Таггерт сделала то же самое, стараясь держаться поближе к ведунье. Ворота, через которые зло проникало в реальный мир, находились где-то совсем рядом, но Донна не могла идти дальше. Пот ручьями бежал по ее искаженному от перенапряжения лицу, гадкие чудовища обступали обеих женщин со всех сторон. Ведунья прошла столько, насколько хватило ей сил и храбрости, но этого оказалось недостаточно, чтобы достичь цели. Тошнотворный страх поколебал уверенность Матушки Донны, и она вдруг подумала, что Грэй Дэвей, наверное, чувствовал то же самое, когда нереальное высасывало его силы.

Таггерт в отчаянии размахивала мечом. Ведунья, глаза которой были плотно закрыты, застыла рядом как изваяние. Хранительница обернулась, чтобы посмотреть, где Корд, но тот затерялся где-то в кишащем чудовищами пространстве. Таггерт продолжала сражаться. Ее спину и руки пронизывала нестерпимая боль, но тварей вокруг не становилось меньше. Нереальное чувствовало себя здесь как дома, да оно и было дома.

Таггерт без страха подумала, какова смерть в нереальном мире? Будет ли она, Хранительница, просто мертва или кто-то в ее обличье вернется, чтобы вести войну против людей Полуночного Замка на стороне нереального?

Глава 6

ВОЛКИ У ВОРОТ

Мессир Гэвэйн Хеллстром, когда-то прозванный Тауэрружским, неподвижно лежал на кровати, уставившись в потолок, не в силах заснуть. Прошел уже час или даже более того с тех пор, как он погасил ночник, но, несмотря на отяжелевшие веки, усталость во всем теле и боль в костях, сон упорно не шел к нему. Тусклые полоски света, проникавшие в комнату из коридора, и способность видеть в темноте позволяли Гэвэйну различать хорошо знакомые очертания мебели, стоявшей в спальне. Эмма настояла на том, чтобы перевезти из Кагалимара всю их мебель. Он не стал возражать. Все равно в конечном итоге за все платит Виктор.