Кротовский, вы последний

Я переключаюсь на тонкое видение и начинаю воспринимать его иначе… как тоннель, прорытый в межмирье. Какая-то кротовая нора… ну да, свиток делал я… что еще от меня ждать, кроме кротовой норы?

Сжимаю перо в кармане и делаю шаг в тоннель. Неведомая сила меня подхватывает и с немыслимой скоростью протаскивает сквозь тоннель. Ничего не успел рассмотреть. Даже пронизыватель не помог. Только что стоял на лестнице в крепости, а в следующий миг я на полянке дремучего леса.

Лес дикий, мрачный. В сумерках даже зловещий. И ощущения сходные с теми, что описывала Белкина. Будто вышел в легкой одежде на мороз. Разве только промораживает не снаружи, а изнутри… есть такое выражение: «кровь стынет в жилах», — очень подходящее выражение. И ощущение весьма неприятное. Не сомневаюсь, что через полчаса начнет колотить в ознобе. Свалить бы отсюда побыстрее.

Полянка окружена кривыми старыми деревьями. Мой сканер показывает, что за одним из них стоит человек: «маг воздуха 3:5». Наверняка курьер. Окликнуть бы его, да мне боязно шуметь посередь этого леса. Кого я тут могу накликать… однако человек не заставил себя ждать. Вышел на полянку, и я сразу его узнал. Тот самый студентик воздушник, у которого я выбил подпорку в сознании. Только в тот раз уровень у него был второй.

— Так и думал, что именно вас здесь встречу, — миролюбиво говорит студент, — Не переживайте, Кротовский. Сегодня я не буду пытаться вас побить… я от Воробья.

— Рад миролюбивому настрою… я смотрю, вы подняли уровень…

— А вы это видите? — удивляется студент.

— Я же картограф, — отвечаю, — Убойными способностями первопредок обделил. Но хотя бы есть видение.

— Я бы не назвал вас обделенным, — студентик оказался совсем не глуп, — Меня вы будто одним щелчком сбили с ног. Но вы не думайте, я не в обиде… наоборот, вдруг понял тогда, что цепляюсь за какое-то старье. Будто всю свою жизнь сжимал в руке камень, а вы этот камень у меня из руки выбили. И теперь я могу свободно использовать эту руку. Понимаете? Я вам очень благодарен.

— Думаю, что понимаю, — хорошо, что со студентом так разрешилось, и я не нажил в его лице врага, но меня уже начинает потряхивать от озноба, — Давайте перейдем к делу. Я, к сожалению, очень спешу.

— Да, конечно, — студент вынимает из-за пазухи холщовый мешок, — Здесь тысяча однерок.

— Однерок?

— Макры ранжируются по размеру от одного до десяти. Самые малые растительные — это однерки.

— А, вот оно что.

— Здесь полуликвида нет. У всех кристаллов твердая единица. Считать будете?

Считать я бы и так не стал. Но тут еще и видение мое подключилось: «1000 макров минимально-пригодного размера (1 ранга)»

— Считать не буду. Вот деньги.

Передаю пачку червонцев, которую студент, тоже не считая, кладет в карман.