Кротовский, вы последний

Кому свежие газеты?

— Что у тебя за газеты? — спрашиваю.

— Обе, — удивляется мальчишка.

Ах, ну да. У него «обе».

— Давай обе… сколько с меня? … на вот, держи.

Такие газеты я уже видел в проданном особняке: «Императорский вестник» и «Светские хроники». Только те были старые и желтые, а эти свежие. Но я не собираюсь их читать. Новости великосветской жизни меня не интересуют. Меня интересует маркетинговая составляющая Петербургских изданий."

"Так вот, маркетинговая составляющая отсутствует: рекламы нет, пиара нет. В «хрониках» на последней странице есть небольшой раздел с объявлениями, но… это просто бытовые объявления: «пропала лошадь редкой породы…» — капец, в моем мире максимум собаки пропадали, а тут лошадь… «в дамском салоне оставлен пеньюар, нашедшего просим вернуть за вознаграждение…» — что, блин, такое пень-юар? дурак из южной Африки? Чесслово, я бы не стал награждать за его возврат. С другой стороны, не такой уж он и дурак, если предпочел остаться в дамском салоне…

Отбрасываю газеты на стол. Боюсь, объявление о сдаче помещений в субаренду в газете у меня не примут. Не тот формат. И остается только один вариант. Достаю из кармана визитку. Навещу-ка я купчину. Тем более, что и повод есть.

До торгового дома купца Хоромникова проехал несколько остановок на трамвае. А ничего так развернулся купчина. В качестве конторы имеет отдельный особняк в престижном районе Петербурга. В приемной представляюсь секретарю:

— Граф Кротовский. Могу видеть Петра Ильича?

— Одну минуту, — секретаря не смутила моя гимназистская форма, тут же подорвался с места, — Доложу.

Купчина не стал мурыжить в приемной. Принял практически сразу. Секретарь провел меня в кабинет.

— Здравствуйте, здравствуйте, Сергей Николаич, прошу вас, присаживайтесь… — Хоромников жестом указал на кресло, — Перевод на всю сумму оформил еще вчера. Все ли в порядке? Деньги дошли?

— Здравствуйте, Петр Ильич. Все в порядке. Вчера же и дошли, — опускаюсь в кресло, — А я пришел сообщить, что особняк уже свободен, переходит в ваше полное распоряжение.

Передаю купцу ключ… я не на сто процентов уверен, что ключ именно от особняка, но с другой стороны… какой бы еще ключ мог обнаружиться в куртке Сережи Кротовского? В конце концов важен сам символизм передачи ключа. Замки Хоромников так и так поменяет.

— Благодарю, — купчина ключу даже обрадовался, нацепил на цепочку и бережно убрал в карман. Пожалуй, для него и впрямь передача ключа имеет символическое значение. Знак обретенного статуса. Он же как никак выкупил графскую усадьбу.

Обмен любезностями состоялся. Купчина замолчал и выжидательно уставился на меня.

— Петр Ильич, я в Петербурге человек новый.