Кротовский, вы последний

Мне нужно умудриться выгодно продать дом, не имея ни малейшего представления о его реальной стоимости, даже не имея представления о валюте этого мира.

Анюта убегает в прихожую отпирать дверь и вскоре заводит двух человек. Один крупный, вальяжный, одетый подчеркнуто дорого-богато. Второй весь такой подвижный хлыщ с налепленной на лицо улыбочкой.

Анюта смотрит на меня вопросительно. Я едва заметным, но твердым наклоном головы указываю на дверь в соседнюю комнату. Она хмурится, но перечить не решается. Уходит сама и уводит деда, прикрыв за собой дверь.

— Прошу знакомится, купец Петр Ильич Хоромников, — радостно заявляет улыбчивый-подвижный, указывая на вальяжного.

— Рад знакомству, Сергей Николаевич Кротовский.

Купец Хоромников благосклонно кивает, хлыщ мнется рядом, но представляться почему-то не желает. Черт его знает. Может я, в смысле Сереженька, с ним уже знаком.

— Проходите, присаживайтесь, — делаю приглашающий жест и, не дожидаясь остальных, первым усаживаюсь за стол.

Ну а что. Я граф бла-ародный или погулять вышел? Купец оскорбленным не выглядит, спокойно садится напротив меня. Подвижный усаживается последним и почему-то рядом со мной. Я не возражаю, хотя ощущаю это странным.

— Вот, Сергей Николаевич, вам надо подписать здесь и здесь, — подвижный выкладывает передо мной договор купли-продажи, сразу раскрытый на последней странице, и пытается сунуть мне в пальцы перьевую ручку. При этом как бы невзначай накрывает ладошкой последние несколько пунктов.

— Любезный, — подпускаю в голос ледку, — Руку с договора уберите.

— Да чего там? Он же стандартный, — неискренне возмущается подвижный, но клешню все-таки убирает.

Я переворачиваю листы и начинаю читать с первого пункта, отмечая про себя, как недовольно засопел хлыщ. А вот купчина спокоен, как танк. Либо настолько хорошо владеет собой, либо… посмотрим. Продолжаю вдумчиво читать каждый пункт.

— Да что вы там вычитываете? — раздражается подвижный, — Это юридический документ! Вы же в документах ни черта не смыслите.

Я бы мог поведать этому подвижному черту, что еще при советской власти писал документацию по правилам техники безопасности на сверхсекретных производствах. Где одна неверно поставленная запятая отделяла госнаграду от тюремного срока за халатность. Но я, разумеется, об этом ему не скажу. Хотя раздражает он меня все больше.

— Одну минуту, — дочитав договор, поднимаюсь из-за стола."

"Купец сохраняет на лице полную невозмутимость, подвижный нервно дергает щекой. Выхожу в соседнюю комнату и плотно прикрываю за собой дверь. Дед с внучкой прожигают меня взглядами, полными тревоги. Отхожу в дальний угол, подзывая домочадцев кивком головы.