Кротовский, может, хватит? (СИ)

Но тут Гамлет, который все время гнал меня вперед, вдруг забеспокоился.

— На возвр-рат, — сказал он тревожно, — Кр-радется тьма.

Я бы и сам рад валить. Да поздно. Я уже выманил тварюгу, которую предпочел бы не выманивать. Многоногая жуткая гадина выползла из низкой пещеры и ринулась на меня с противным шипением.

Я шпиговал ее стрелами, но тварюга оказалась немыслимо живуча. Я пытался от нее сбежать, но куда там. На гористой местности она на восьми ногах чувствует себя гораздо увереннее, чем я на двух.

И выручил меня Гамлет. Он начал пикировать на тварь и клевать в темя. Твари это почему-то очень не понравилось. Она отвлеклась от погони за мной и попыталась прибить мелкого засранца. Это позволило мне разорвать дистанцию, дождаться возврата премиальных боеприпасов и добить гадину.

— Забор-роли, — воинственно сообщил Гамлет, садясь мне на плечо, хотя видок у него потрепаный. Тварь-таки умудрилась выдрать из него несколько перьев, — Пр-рямо. Смотр-ри."

"Я посмотрел, куда указывал Гамлет. Под корягой что-то шевелилось и пищало. Я подошел, опустился на коленки и заглянул. Там сидел и пытался скулить, привлекая внимание, совсем мелкий серый волчонок с едва прорезавшимися молочными зубами.

«Слияние» — коротко потребовал лежащий в кармане Клык. Я потратил накопленную сотню очков эссенции, практически сразу смирившись, что сейчас у меня появится еще один пожиратель ее запасов. Клык исчез, как до этого исчезло перо, а волчонок сразу стал крупнее, живее, умнее.

Он тут же перестал пищать и полез со мной играться. Совсем другой нрав, не просто непохожий на Гамлета, а даже скорее его полная противоположность. Очень непосредственный, очень игривый и задорный. Он крутился волчком, катался по земле, бегал и прыгал. Когда я попытался подхватить его на руки, он исхитрился вывернуться и оббежать вокруг меня.

— Какой резвый звереныш, — восхитился я, — Проныра. Буду звать тебя Проныра.

— Во-во-воу-у — одобрил он имя.

— Все, Проныр, надо идти. Темнеет.

Я засунул волчонка за пазуху и побежал к деревне. Теперь мне и самому чутье кричит, что в ночном лесу оставаться очень опасно. Забежал в деревню, когда местные жители уже закрывали вход воротами из живых древесных толстых ветвей.

В деревне к ночи стало очень оживленно. Все охотники вернулись… и вернулись тоже со зверями, которых они называли почему-то фамильярами. И вот тут я оценил выбор бывалых охотников. Самым мелким был птенец орла. Хотя уже и сейчас понятно, что этот «птенчик» вымахает до размеров небольшого птеродактиля.

По двору возле трактира прохаживались юные тигры, пумы, лев и пара медвежат. Головы у медвежат размером с крупную тыкву. Во что вырастут такие щеночки, боюсь даже строить догадки.