Привидение в кроссовках

– Наверх, пожалуйста, в кабинет директора, – улыбнулась Алла.

– Не пойду, – отрезала Попова, – высоко, потеряю инь по дороге.

– Что? – спросила я. – Что потеряете?

Инга презрительно скривила губы.

– Естественно, вы же работаете в книжном магазине, значит, литературу не читаете. Инь – энергия, она теряется, ко­гда женщина поднимается по лестнице. Ступеньки – это углы, а угол агрессивно настроен по отношению к половой чакре, понятно?

– Как же быть? – растерянно спросила Алла, беря пахнущую чем-то сладким шубку.

Инга прищурила густо накрашенные глаза.

– Вот у вас небось воспаление придатков или миома.

Алла стала пунцовой.

Писательница хмыкнула:

– У всех так. Мой совет, нико­гда не пользуйтесь ступеньками.

– Но как войти в дом? – спросила я.

– Лифтом пользуйтесь.

– В подъезд же тоже ведут ступени…

– Разбегитесь и перепрыгивайте.

– Я живу в пятиэтажке, – тихо пробормотала Аллочка.

– То­гда следует подкорректировать чакру питанием.

– Как?

– Вот подпишу фанатам книги и объясню, – пообещала Инга.

Пос­ле такого вступления я ожидала от нее любых чудачеств, но дама повела себя в дальнейшем совсем нормально. Полтора часа она честно отстояла за прилавком, раздавая автографы и мило улыбаясь. Правда, иногда Инга вдруг насупливала брови, клала правую ладонь себе на живот и быстро-быстро что-то бормотала, словно молилась, но на это никто не обращал внимания.

Чай сервировали в комнате отдыха. Что­бы попасть в нее, нужно миновать три ступеньки. Писательница шумно вздохнула и прыгнула. Пол загудел, популярная целительница была полноватой, тянула килограммов на восемьдесят. Следом за ней совершила прыжок и Аллочка.

– Ой, – взвизгнула заместительница, – ногу подвернула.

– Ниче­го, привыкнете, – отмахнулась Инга.

Мы сели за стол.

– Слушайте, – возвестила писательница и захлопнула рот.

Мы тоже хранили почтительное молчание.

Минут че­рез пять я не выдержала:

– Говорите.

– Зачем? – вскинула брови Инга. – О чем нам здесь толковать?

Да уж, похоже, милейшая дама сбежала из дурдома, хотя, мо­жет, все творческие личности с левой резьбой?

– Вы обещали рассказать про еду, – робко напомнила Алла.

– Сказала же, слушайте!

– Но вы молчите, – обозлилась я.

– Не меня надо слушать.

– А кого?

– Свое тело.

Мы с Аллочкой переглянулись.

– Поясняю, – снизошла Инга. – Сели за стол и мысленно вознеслись к центру мировой энергетики, к эгрегору. Попросите у него: «Дай виденье пищи», – и смотрите, ну, например, на эти бутерброды с копченой колбасой. Организм сам подскажет, как поступить. Давайте попробуем.

Я уставилась на куски хлеба, накрытые колбасой с белыми островками жира. Не люблю копченое, у меня пос­ле него изжога.

– Ага, – возвестила Инга, – вот директриса уже поняла, что колбаса не ее еда.