Привидение в кроссовках

Кто привез, зачем?

Оклемался Олег ранним утром, трясясь от холода, побрел по дороге, пытаясь остановить машину. Но, естественно, никто не хотел брать мужика бомжеватого вида. Стояла непривычно холод­ная осень, несмотря на октябрь, вокруг лежал снег. Рогов замерз в тонюсенькой курточке, и еще его с бодуна колотил озноб. Вдруг впереди блеснул золотой купол. Олег вошел в совершенно пустую церковь и прислонился спиной к батарее. Приятное тепло начало разливаться по застывшему телу, в воздухе витал сладкий аромат ладана, лики икон смотрели сумрачно, но не зло, а грустно, словно говоря Олегу: что же ты, братец? Внезапно Рогов вспомнил, как много лет тому назад его, ребенка, бабушка водила тайком в храм. Мигом налетели воспоминания. Вот старушка крестится, стоя на коленях возле иконы Пантелеймона-целителя, вот встает и говорит:

– Сделай милость, Олежек, не рассказывай отцу с матерью, засмеют меня, старую. А мне пос­ле молитвы легче делается, прям выздоравливаю, ни ноги не немеют, ни голова не болит. Вот что, пошли, я тебе конфеток куплю.

Олег ощутил на языке вкус леденцов монпансье из железной коробочки, вспомнил теплую бабушкину руку, мягкие объятия и неожиданно разрыдался в голос. Никто нико­гда больше не любил его так, как бабуля. Детство не вернуть, нужно жить в настоящем, борясь с враждебным миром. Рыдания душили его, слезы текли по щекам, Олег задыхался и кашлял. Неожиданно ему на плечо легла тяжелая рука и спокойный голос произнес:

– Не зря тебя ноги сюда привели, крещеный ли ты человек?

– Нет, – покачал головой Олег, судорожно вытирая глаза.

– Так господь путь указал, – продолжал басок, – надобно принять крещение, душу очистить от скверны, пена сойдет, ключевая вода останется.

Олег наконец справился с истерикой, глянул на говорившего и обомлел. Перед ним стоял копальщик Юрка, компаньон Алешки.

– Что ты здесь делаешь? – изумился Олег.

– Службу несу, – ответил Юра, – теперь я отец Иоанн.

– Но как же так?

Юра пожал плечами:

– Всяко случается, в храм ведут разные дороги, не каждый смолоду правильный путь выберет.

– Ты же ни одной молитвы не знал!

– Выучил.

– Больше не копаешь?

– Бросил.

– Лешка один теперь? – плохо соображал Олег.

Рогов уже дав­но беспробудно пил и с приятелем не встречался.

Юра тяжело вздохнул:

– Один работает, ох, чует мое сердце, до добра его это занятие не доведет.

– Отче­го так считаешь?

Юра ответил:

– За советом он ко мне приходил, в неприятность попал.

– А ты что?

– Бросить надо, говорю, в могилах рыться, непотребное это занятие.

– Ну и он послушался?

Юра покачал головой:

– Нет, боюсь, плохо де­ло повернется.