КроШа

Если что-то сделает неправильно, её поправят.

Высвободившись из крепкого захвата, она съехала чуть вниз, чтобы оказаться перед его бедрами. Уперев ладони в его грудь, стараясь не смотреть ему в лицо, иначе растеряется от его слишком пронзительного взгляда, Лера приподнялась и, поерзав, принимая более выгодное и удобное положение, нашла лоном гладкую мужскую головку.

Одно движение — уже его бедрами! — и он внутри.

Лера приглушенно вскрикнула. И точно в наказание её снова притянули к себе, чтобы ещё раз накрыть рот требовательным поцелуем.

Сегодня она была влажной без смазки. Его губы постарались. Поэтому проникал он легко и глубоко. Также яростно, как и целовал.

Толчок — захват губ.

Толчок — язык врывается вглубь рта.

Толчок — и их языки вступают в противоборство.

Между бедер, там, где их тела соприкасались творилось нечто непонятное. Секс с Сардыновым воспринимался очень остро. С одной стороны, Лера отдавала себе отчет в происходящем — чувствовала, как растягивают её стеночки, как наполняют её изнутри, как жесткие кучерявые волосы соприкасаются с её нежной плотью. С другой — его движения пробуждали в ней те самые чертовы бабочки. Стягивали в тугой узел мышцы внизу живота. И, казалось, пронзали её насквозь.

Сардынов не желал выпускать её из захвата. Не сейчас. Он крепко прижимал к груди хрупкую девушку, не разрывая контакта губ.

И двигался.

Двигался…

Чтобы со стоном, больше похожим на рык, излиться в неё.

Когда Лера почувствовала особо глубокий толчок, и как после него замер мужчина, догадалась — он кончил. А она? В душе родился протест. Нет, нет, нет… Так не честно! Она-то не успела.

На её лице отразилась некая растерянность.

Но время — упущено.

Полежав некоторое время без движения и пытаясь утихомирить не на шутку разволновавшееся сердце, Лера осторожно высвободилась из рук Сардынова, чтобы сразу же услышать:

— Иди в душ.

Вот же.

Лера спустилась с кровати, чувствуя, как по бедрам течет семя.

— В мой душ, — ещё одно распоряжение.

Скрипнув от досады зубами и мечтая поскорее остаться в одиночестве, Лера, уже не стесняясь собственно наготы, направилась в ванную. Его ванную.

Не замечая интерьера — устремилась к большой душевой кабине. Быстро включила воду, отрегулировав до нужной температуры, захлопнула дверку и, кусая нижнюю губу, пальчиками вниз. Туда, где пылает.

Вот на кой ляд она выпила афродизиак? Закончилось бы всё, и она спокойно пошла к себе спать. Нет же, страдай сейчас от неудовлетворенного желания.

Лера так старательно сосредоточилась на своих мыслях, что даже не услышала, как открывается дверка кабинки. И лишь когда почувствовала, что пространство вокруг неё стремительно сужается, поняла, что к ней присоединился Сардынов.

— Руку убери.