КроШа

Да и под глазом намечалась опухоль.

Лера сильнее вцепилась в перила. Она понимала, что ей ни в коем случае нельзя вмешиваться. Что самым правильным будет сейчас же зайти в спальню и заняться чем-то! Да даже включить плазму и уставиться на экран! Или взять пришедший в негодность салат и отнести его на кухню! Неважно чем, но занять себя!

И ни в коем случае нельзя оставаться на лоджии и продолжать смотреть на драку… Нет, на избиение.

Но на Леру что-то нашло. Она не могла сдвинуться с места. Не могла пошевельнуться, хотя её сердце заходилось от страха, заставляя кровь интенсивнее бежать по венам. Лера сжала горло рукой, опасаясь сорваться на крик.

Гость, не вы держав очередного удара Сардынова, упал на колени и захрипел.

Черт побери, почему он не бьет в ответ?!

Лера никогда не была кровожадной, но сейчас ответный удар был вынужденной мерой!

Что могло произойти между мужчинами, чтобы вот так прийти и подставлять себя под нехилые удары другого?

Леру затрясло.

Сардынов продолжал бить…

И она не выдержала…

На подсознательном уровне, как только Лера увидела начинающуюся драку, она точно знала — вмешается. Не может не вмешаться. Да и какая женщина в состоянии остаться равнодушной, видя, что происходит элементарное избиение? В них во всех заложен материнский инстинкт. Подспудное стремление защитить всех и каждого. Предотвратить трагедию. Избежать непоправимого.

У неё у самой сейчас жизнь разделилась на «до» аварии и «после». На то время, где она была счастлива и имела возможность строить свою жизнь так, как считала нужным. Там, где она точно знала — у неё есть семья. Есть защита.

И «после»… Где всё слилось в фантасмагорическое нереальное представление, где она подписала жуткий по своей моральной сути контракт, где она учится подавлять своё «я».

Но когда ты слишком долго что-то подавляешь, очень часто случается взрыв… Пружину срывает.

Лера, выругавшись, сорвалась с места и, подобрав полы халата, чтобы случайно не запутаться в нем, выбежала с лоджии. Пронеслась через спальню. Коридор и по лестнице вниз.

У неё не было никакого детального плана. Лишь одни обостренные эмоции. На грани.

Когда она пробежала босяком через гостиную с холодным мрамором на полу, её кто-то окликнул. Девушка не остановилась.

Рывком отворив дверь, она, не сбавляя скорости, сбежала по ступенькам.

Прохладный ночной воздух мгновенно обрушился на разгоряченное тело. Ударил по лицу. Ворвался в растрепанные волосы.

Но остановить Валерию не смог.

Краем сознания она зацепила сцену — Сардынов, расставивший ноги по ширине плеч, что-то негромко говоривший — до неё доносились лишь неразборчивые отрывки слов, и молодой парень с окровавленным лицом…улыбающийся. Стоящий на коленях. Но стоящий.