КроШа. Книга вторая

Для него — дом, а для нее? Конечно, он не повезет ее на квартиру. В пустую, где никто не ждет. Но, возможно, при данных обстоятельствах было бы применимо: «и родные стены помогают».

Тихо выдохнув, Лера собрала остатки мужества и самообладания, и последовала за Тимуром. Не будет же она сейчас возмущаться и капризничать? Не при Тимуре. Не поймет он ее.

Спас — хорошо. Спасибо огромное ему. Будет благодарна до конца жизни.

Только… контракта никто не отменял. И ее покорности. Покладистости.

А как хотелось закричать… Выплеснуть эмоции, что копились в дальнем уголке души, скручивались в тугой узел и обрастали черными колючками, которые вспарывали ее сущность, одновременно подавляя.

Когда схлынула волна облегчения, и те минуты, что она в сознании находилась в доме похитителя, немного поблекли, на Леру нашло оцепенение. Странная ночь. Слишком длинная.

И, как оказалось, еще не оконченная.

Потому что выйти из машины ей не позволили. Как только она собралась опустить ноги на подножку, Тимур подхватил Леру на руки. Девушка ойкнула.

— Не пугайся."

"Как тут не испугаешься! На земле стоять предпочтительнее и передвигаться своими ногами — тоже. Наверное.

Или все дело в том, что от Тимура она не ждет ничего, выходящего за рамки их постельно-деловых отношений. Все регламентировано. Все безэмоционально.

Оспаривать его решение потаскать ее на руках, Лера не стала. Ни к чему. И тут же мысленно усмехнулась. Да и не имеет она право что-то оспаривать.

Дурные мысли — это откат после пережитого? Или для нее они становятся нормой? Не хотелось бы к такому печальному итогу прийти.

Но, черт! Как же приятно, когда тебя носят на руках!

Геныч, дурачась, частенько ее кружил, подхватив на руки. Лера вцеплялась в него мертвой хваткой и верещала: «Пусти, дурак! Уронишь!» Брат лишь смеялся в ответ. Они оба знали — он ни за что, ни при каких обстоятельствах не уронит.

Не уронит и Тимур.

Разница лишь в том, что, когда он нес ее на руках по брусчатке, сердце не захлебывалось от восторга и счастья.

Хотя, стоит признать, Тимур передвигался с легкостью, словно она ничего и не весила. Приятно.

Он вошел в дом и, нигде не задерживаясь, направился к лестнице. Тут уже Лере стало не по себе. Все-таки она не пушинка.

— Тимур, я сама… могу… — ее голос прозвучал совсем тихо.

Мужчина не удосужился ответить — спокойно начал подниматься по лестнице. Лера неожиданно для себя улыбнулась, пряча голову на мужской груди. Нет, все-таки, приятно, что тебя вот так, прямо от машины да в спальню.

Дверь Тимур открыл ногой. Хорошо, что не выбил. На вторую выбитую дверь психика Леры непонятно как отреагировала бы.

Пройдя в комнату, Тимур поставил Леру рядом с кроватью и лишь только после этого посмотрел на девушку, двумя пальцами приподняв её подбородок.