Кромешник и его светлое чудо

— Да выкинь ты своего мошенника! У нас бесценный свидетель, сейчас будешь рисовать портрет главного преступника столицы.

— О! У вас есть свидетель, который запомнил похитителя девушек? — восхитился художник и бросился к столу, где лежало орудие его труда — чистая бумага, цветные карандаши, уголь.

Вмиг утратив хорошее настроение, капитан процедил сквозь зубы:

— Этого мерзавца еще не поймали. Госпожа Джун сегодня общалась с самим Вирексом.

Художник почему-то поскучнел и вяло, по инерции указал мне на гостевой стул:

— Устраиваетесь, госпожа Джун.

— Может вам чаю принести? — любезно предложил капитан. —  На улице мерзкая погода, вы замерзли.

Я поправила плед и кивнула:

— Спасибо, не откажусь от успокаивающего сбора, если есть.

Наверняка он имелся, в управлении часто бываю люди в отчаянии — свидетели, пострадавшие, родственники.

— А госпожа успеет выпить чай? — скептически спросил художник.

Он настолько быстро рисует, что вложится в десять—пятнадцать минут? Не думаю, что я буду пить дольше.

— Рон, не будь скептиком, ты же творческий человек! — Капитан дружески хлопнул парня по плечу, да так, что тот согнулся. — К тому же у нас впервые человек с отличной памятью.

— Мне говорят это каждый раз, когда приводят свидетеля, — хмыкнул художник. — А потом я не могу даже набросок сделать.

Так дело в том, что запуганные свидетели опасались описывать Вирекса? Глупо. Я тоже боюсь, но сделаю все, чтобы его поскорее поймали.

— В этот раз ситуация иная. Госпожа Джун — артефактор, она помнит сотни схем и заклинаний, легко опишет и Вирекса.

Поглядев на меня с гордостью, как будто моя профессиональная память — его заслуга, капитан вышел из кабинета.

Художник мученически возвел глаза к потолку.

— Итак, госпожа Джун, давайте посмотрим, сумеете ли описать главного бандита Квартена. Это ведь мужчина?

Я кивнула, удивляясь, что он начинает издалека. Неужели были даже сомнения в половой принадлежности Вирекса? Но тогда почему его называют ночным королем, а не королевой? А, это стандартные вопросы, Рон не нарушает инструкцию.

— На вид сколько Вирексу лет, как думаете?

— Он точно маг, сложно сказать. Лет тридцати.

Рон что-то черкнул на листочке.

— Высокий? Низкий? Худощавый или полный?

Перед глазами возникло видение обнаженного торса Вирекса и страшного артефакта над соском. В виде насекомого? Или нет? Хм, смутно помню, что оно страшное и детализированное.

— Госпожа Джун, вы слышите меня? — напомнил художник о себе, вырывая из размышлений.

— Вирекс выше среднего, крепкого телосложения, с хорошо выраженной мускулатурой, — сообщила я. — И очень светлая кожа.

В глазах Рона зажегся огонек азарта, равнодушие отступило, и он быстро-быстро зачеркал карандашом.