Кромешник и его светлое чудо

Разбежавшись хорошенько, я сумела бы перепрыгнуть через разлом. Но это не точно.

В чем и призналась:

— Боюсь, что испугаюсь и свалюсь в пропасть.

— Не бойся, прыгнешь со мной, — успокоил Мэтт.

Одной рукой он крепко удерживал мою ладонь, второй сжимал древко боевого трезубца из тьмы.

Отстраненно отметила, что кромешник босой, в одних черных брюках. Как некогда на крыше. Вновь спешил и не успел нормально одеться? А, вообще, после оборота на нем остается одежда? Вот шмырь, опять не о том думаю…

— Готова? — спросил Мэтт.

Сомневаюсь, что к такому можно подготовиться.

Отойдя на несколько шагов, мы побежали.

Прыжок... И удачное приземление.

Светильники-кристаллы замигали. Неприятные ощущения, меня тотчас затошнило. Захотелось зажмуриться.

— Держись, Фил! Осталось чуть-чуть, — пообещал Мэтт.

Пусть быстрым шагом, но спокойно мы прошли несколько метров.

Шлепок.

С потолка отлепился и упал на пол черный скелет. Прямо на нашем пути. Через мгновение десятки черных костлявых существ полезли со стен пещеры. И они явно не собирались нас приветствовать!

Мэтт задвинул меня за спину.

— Эши...

Именно так называл мнимые рисунки Вирекс. Только это не рисунки вовсе! Соврал он! Рисунки не умеют хищно клацать зубами!

— Слуги проклятого бога, которые не нашли покой даже после смерти, — произнес Мэтт без страха в голосе. — Мы прорвемся, Фил, иного выхода нет!

Трезубец — страшное оружие. Мэттхольд колол, рассекал пополам, с легкостью отбрасывал своих противников."

"Кому удавалось подобраться ближе, он отрывал черепушки почерневшей рукой-лапой.

Эши не заканчивались. Они молча, неумолимо шли в атаку.

Будто черный поток, скелеты, шурша костьми, заполнили туннель.

Острые зубы и когти, красные огоньки в пустых глазницах. Неугасимое желание вгрызаться в живую плоть. Мерзкие твари…

Мне было нестрашно. Не рядом с Мэттом. Только немного обидно, что не могу ему помочь.

— Фил, зажмурься! — крикнул кромешник. — И держись за меня!

Я выполнила приказ, успев заметить черные молнии, сорвавшиеся с лезвий трезубца.

Силовая волна ударила во все стороны.

На ногах удержалась благодаря Мэтту, ставшего моим щитом и опорой: я его крепко обняла, прижавшись к теплой широкой спине.

Шелест. Странный. Вкрадчивый.

И вздох. Не мой.

— Так приятно, когда ты обнимаешь, — сознался Мэтт тихо. — Но нам надо идти.

Я открыла глаза и разжала руки. В воздухе кружился, шелестя, черный пепел. Стены были гладкими, словно отполированными. Эши исчезли.

— Пойдем, Фил.

Обратный путь показался удручающе коротким. Я шла рядом с Мэттом, наслаждаясь каждой секундой, впитывая тепло его широкой ладони.

Уже у самого выхода Мэтт остановился.

— Филиппа, мы чаще встречались во снах, чем в реальности. И все же у меня ощущение, что я знаю тебя сотни лет.