Кристмас

Если только…

Деревня Чертовка,«Алексеевский хутор»,Воронежская область,28 декабря – 29 декабря 2008 г.Справиться с лошадью оказалось не так-то просто, как полагал Сергей. Она сама зашла во двор, когда он открыл ворота. Но идти на улицу наотрез отказывалась. Бакунин призвал на помощь Александра, и они стали экспериментировать. Сергей хлопал вожжами кобылу по крупу, стегал хворостиной, но она только фыркала, трясла головой и лениво взмахивала хвостом. Севастьянов поманил упрямое животное куском хлеба, лошадь ловко выхватила горбушку из пальцев Александра, но от сарая, служившего конюшней, не отошла. План поисков Аникеева срывался. Единственное, что они смогли сделать, причем с великим трудом, так это распрячь кобылу. Освободившись от хомута и оглоблей, лошадь немедленно забежала в сарай.

Неожиданно из дома на крыльцо с криком выбежала Евгения. Александр только взглянул на нее и сразу понял – что-то случилось.

– Женя, успокойся, – мягко сказал он, беря ее за руку. – Что произошло?

– Там… кто-то есть. Наверху я слышала какой-то шум. И запах какой-то ужасный, – прерывисто дыша, сказала она. – Мне страшно, ребята!

Бакунин, раздосадованный, что кобыла не подчинилась, спросил раздраженно:

– Что, Кровавый Макс свихнулся? И в штаны наложил?

Алексеева всхлипнула и кивнула на дом:

– Там кто-то стонет, на втором этаже. Не верите – пойдемте внутрь.

Зайдя в столовую, Сергей с Александром увидели, что Максим сидел в полной неподвижности, уставясь на елку стеклянными глазами. Со второго этажа действительно доносились какие-то звуки.

Молодые люди замерли.

– Как туда могли попасть посторонние? – вполголоса спросил Сергей."

"– Многие двери на втором этаже закрыты, – заметил Севастьянов. – Возможно, там с самого начала кто-то был.

Выругавшись, Бакунин вытащил из ящика буфета топорик для разделки мяса, Севастьянов вооружился кухонным ножом, и они осторожно направились к лестнице. Перепуганная Женя отказалась идти с ними и осталась с Максимом.

Александр сразу понял, где находится источник звуков, и указал Сергею в конец коридора. Железная дверь, ведущая в одну из комнат, была распахнута.

«Ну, что, вот и появилась возможность продемонстрировать свои сверхчеловеческие качества», – подумал с усмешкой Сергей. Крепко сжав топорик, он направился к двери. Сейчас Бакунин впервые отчетливо ощутил, что не цепляется за жизнь. Даже когда он вскрывал себе вены, он понимал, что делает это из чувства протеста, и ему было жалко себя до слез. Теперь им овладело полное спокойствие и безразличие ко всему.

Он не раздумывая шагнул в комнату. В ноздри сразу ударило жуткое зловоние, пахло разлагающейся плотью. Прямо перед ним сидел какой-то худощавый человек в инвалидной коляске.