Криптозой

 – Опираясь на файл ПН, ты пересечешь границу и…

– Я остаюсь.

Кирилл поднял бровь.

– Не пожалеешь? Ведь мы скорее всего погибнем.

– Вопросы войны и мира, жизни и смерти надо решать просто. Шашки наголо – и вперед! – Лаврик засмеялся.

Внедрение психоматрицы Ювинги-Утолина изменило его настолько, что перед Кириллом стоял совсем другой человек.

– Что ж, если мы объединим усилия… – Кирилл не закончил.

Камень с письменами вдруг ожил и, претерпев множественную трансформацию, превратился в Лилию. Женщина глянула на замерших мужчин, прошлась по траве, касаясь ее метелок руками; трава при этом съеживалась и чернела. Глаза Лилии казались бездонными, заполненные тьмой.

– Вы все-таки провели меня, – заключила она басовитым мужским голосом, от которого вибрировал воздух и дрожала земля. – Надеюсь, вы понимаете, что заслуживаете самого сурового наказания. Нельзя обмануть Хозяина и не понести кары!

– Ты сам себя обманул, – хрипло выговорил Кирилл, чувствуя поток силы, соединяющий его с земной реальностью. Хотя, с другой стороны, он понимал, что Создатель Сети действительно намного мощнее, сильнее и объемнее, чем Метавселенная Земли, и не ограничен оболочкой человеческого тела.

Лилия с задумчивым видом оглядела его, кинула насмешливо-презрительный взгляд на изготовившегося к прыжку Лаврика.

– Вы меня очень разочаровали, джентльмены. Для теней вы зашли слишком далеко, и я даже не знаю, какого наказания вы достойны.

– Мы равны! – с вызовом сказал Лаврик-Ювинга.

– Да? – скептически выгнула бровь Лилия. – Что-то нынче зайцы храбрыми стали. Может быть, поборемся? Или сыграем?

– Можно и сыграть.

– В шахматы, в карты?

В руке Лилии появилась колода карт, сама собой раскрылась, устроила хороводы превращений и переходов фигур друг в друга, пока не остались одни тузы.

– Во что сыграем?

– Не ёрничай, – сказал Кирилл, чувствуя качание пространства вокруг. – Возможно, для тебя мы всего-навсего тени, но мы действительно равны – в выборе.

Карты, струей взмывшие вверх, растворились в воздухе. Лицо Лилии стало твердым, тяжелым и презрительно-высокомерным.

– Это следует понимать как вызов?

Кирилл и Лаврик переглянулись.

– Ты сам – вечный вызов, – проговорил Кирилл. – А мы – твои дети, пусть и виртуальные. Хочешь наказать нас – наказывай, если получится, но не унижай!

Лилия покачала головой.

– Речь не мальчика, но мужа, полковник. Ты хочешь сказать, что у меня может и не получиться? Вы посмеете сопротивляться м о е й воле?!

– Посмеем!

Внезапно раздалось гулкое карканье, и над головой Лилии возник громадный черный ворон.

– Сначала пободайся с ним, – злорадно ухмыльнулся Лаврик. – Со своим собственным наемничком.

Ворон кинулся на Лилию, норовя вцепиться в ее волосы длинными лапами с острыми когтями.