Криптозой

– Во-первых, практически во всех узлах реальности Гиперсети варьируются земные условия. Во-вторых…

– Но почему именно земные?!

– Потому что Творец Сети создавал ее по образу и подобию Фундаментальной, или Базовой реальности, характеристики которой близки к земным. Можно сказать, что каждая реальность – это вариант Земли и ее космоса, несмотря на все различия. Во-вторых, Творец тоже имеет человеческий облик, хотя он неизмеримо свободней и вольней в самореализации.

– Значит, Библия права? – хмыкнул заинтересованный Лаврентий. – Бог создал нас по своему образу и подобию?

– По большому счету – да. Однако стоит помнить, что создавал он не конкретно людей, а программу развития Жизни. А уж она запустила подпрограммы разумного осмысления Первозамысла, то есть нас.

– Откуда ты все знаешь?

Утолин усмехнулся.

– Было время покопаться в секретной информации. Изгоем я стал позднее, когда увлекся земными Фигурами Влияния. Кстати, не советую бежать в глубины Сети без нас. Пропадешь ни за грош. К примеру, реальность высшего уровня, операторы которой контролируют Метавселенную Ицаха, уже шестимерна, а время в ней, кроме трех измерений, имеет еще и разную плотность. Поэтому каждое движение там изменяет форму отношений и связей, эмоции существ становятся видимыми, а идеи – ощутимыми и реальными.

– Ну и что?

– Это я к тому, что ты еще далеко не оператор МОР-уровня, как тебе кажется, а обычный земной хакер с задатками оператора. Ты просто растворишься в кипящей каше чужих законов бытия.

– Не растворюсь, – буркнул Лаврик, хотя на лице его отразилась тень сомнения. – Никуда я без вас уходить не собирался.

Внезапно Кирилл почувствовал странный внутренний толчок, заставивший его прислушаться к себе и к тишине вокруг. Встрепенулся и Утолин, вытаскивая геометрически совершенное чудо техники – нейтрик.

– Или у меня нервы расшалились, или одно из двух…

С гулким треском бледно-зеленая молния расколола небеса и вонзилась в почву между людьми и опушкой «леса». Лаврик опрокинулся навзничь от воздушной волны, компьютер отлетел в сторону и погас. Не удержались на ногах и Кирилл с женой.

Молния же не исчезла, продолжая пульсировать как живая артерия, заполненная не кровью, а бледным перламутровым пламенем. И вот из этой «артерии» высунулась когтистая лапа с перепонками, вторая, затем показалась жуткая морда динозавра с пылающими щелевидными глазами.

– Бегите! – крикнул Утолин, бросаясь к динозавру.

Кирилл выстрелил из стоппера, метнул оставшиеся у него умболики, втыкая их в пупырчато-чешуйчатую морду зверя. Не зверя – Пса!

Динозавр… улыбнулся! Только так можно было интерпретировать его гримасу. Направил в сторону Кирилла длинный коготь, с которого сорвалась ветвистая фиолетовая молния.