Криминальный симбиоз

А потом на недельку другую в Москву прокатимся, чтобы договориться, куда скинуть товар.

— Ты считаешь, что найдешь оптового покупателя на эти фашистские побрякушки? Лично я сомневаюсь.

Валентин сходил к машине, и достав из кармана расположенного в спинке сиденья каталог нацистских наград, вернулся назад к Соньке.

— На, вот, лучше взгляни на это, если мне не веришь! Богатых людей что в Москве, что в Киеве как грязи! Сейчас на Украине эти цацки будут в цене! Там идет война, вот правому сектору и продадим. Нашим парням легче будет бить эту сволоту, — ответил Циклоп. — Они только и мечтают, как украсить себя свастикой назло Путину.

— Ты сейчас прав! Не всех фашистов еще перебили. — Сказала Сонька, без энтузиазма. — В новостях показывали — на Донбассе труба…

— Дураков Сонечка, во все времена хватает. Пока есть люди для кого Гитлер идол, мы с таким товаром можем жить безбедно. А хохлы всегда старались сотворить себе божество, которое бы русским портило нервы. Каждое такое божество, нуждается в материальной поддержке любящего народа. Как только ты стал кумиром, так сразу же к тебе направляется финансовый поток.

— А ты хочешь стать кумиром!? — Спросила Сонька.

— Я Сонька, не знаю украинского языка! Вот Меер мог бы — он был хохлом! Хотя нас с тобой тоже можно назвать кумирами толпы. На всех райотделах уже давно наши портреты расклеены. Все менты нашей необъятной страны уже ищут нас.

— Дурак ты Валентин, а вот если нас поймают, что тогда!?

— Сонечка, поверь мне, как бывшему менту. У них нет ни свидетелей, ни полноценных доказательств. Есть подозрения, а эти подозрения к делу не подколешь. Если конечно при условии, что ты будешь молчать, как рыба об лед.

— Не пугай меня. Не надо делать этого Валентин. Я же люблю тебя. — Сказала Сонька и заплакала. — Может, мы не все знаем? Может они уже где-то рядом!?

— Не скули! От твоих слез мне зубы сводит. У них на меня, есть только фальшивый паспорт и не один суд не сможет санкционировать мой арест даже на время следствия. А это значит, что ни один суд не докажет приступного умысла его использования. Поэтому поверь мне, как бывшему оперу.

— А трупы Соня, имеют тенденцию молчать! Без свидетелей, доказать трудно — фактически невозможно. Я все флешки с записями удалил из сервера охраны и придал огню вместе с покойниками.

— Слушай, а как же я!?

— Что ты!? Что ты!? Ты вообще не при делах! Ты моя жена!

— Меня видели свидетели! Вероятно, что менты уже всех гостей опросили кроме меня. Они же знали, что я осталась на даче после того, как все ушли.

Валентин прищурился и задумался. Возможно, где-то он допустил прокол, но вполне возможно, что действительно свидетели в деле уже есть.