Крестовский треугольник

— Ой, а что это? Ну-ка покажи! — женщина внимательно разглядывала ссадину на скуле сына. — Кто тебя так?

— Никто, — пробурчал Борька.

Мать покачала головой.

— Горе ты моё! А был где? Я вся извелась!

— Где надо, там и был!

— Как с матерью разговариваешь?! Немедленно отвечай, где был?! — в звонком голосе слышалась угроза.

— В гостях был. А что, нельзя?

— Можно. И у кого на сей раз? — синие глаза матери смотрели с недоверием.

— У новенького, ну помнишь, рассказывал. Санька.

— Есть будешь?

— Нет, спасибо, накормили уже, — злобно процедил сын.

— У Саньки, что ли, ели?

— У Саньки. Пока не подрались, — паренёк отвёл взгляд в сторону.

— Вот те раз! — женщина всплеснула руками. — Из-за чего сыр-бор? Ты же говорил, что вы с ним друзья!

— Говорил, — горестно вздохнул мальчик. — Но теперь нет. Не могу я больше с ним дружить.

— Из-за того, что дрались?

— Из-за того, что у него отец педик!

От неожиданности мать плюхнулась на табурет.

— Боря, это ты чего говоришь? Тебя кто такому научил? — женщина была растеряна.

— Правду говорю! Вот и Саньке она тоже не понравилась.

— Откуда ты только этой грязи понабрался?! Вот я тебе сейчас задам! — придя в себя, мать вскочила и больно хлестанула Борьку кухонным полотенцем. — Ещё раз от тебя такое услышу, на улицу больше не пущу!

Парнишка громко заныл от обиды.

— Правду я говорю! Правду! А как таких ещё назвать?! У них и койка одна на двоих! Я сам видел!

— Что ты ещё там видел?! Вот я тебя! — мать лупила сына, охаживая по спине и рукам ярко-красной тряпкой. — Смотри же, чем они там занимаются! Интернет этот поганый! Источник просвещения! Похабщину всякую читали, да?! А ну отвечай?!

— Ничего мы не читали! Ели мы! Он первый начал!

— Что начал?! — мать в ужасе замерла.

— Говорить начал!

— О чём?!

— Что отец его с мужиком живёт!

— Не поняла. Как это? — от дошедшей, наконец, мысли женщина оторопела. — Так он на самом деле, что ли?!

— Да! — растирая по лицу ладонями слёзы, Борька обиженно смотрел на мать.

— А-а, — она стеклянным взглядом уставилась на сына и словно застыла в оцепенении."

"— Мам, ты чего? — Борька перестал плакать и тихонько потрогал её за руку.

Женщина вздрогнула.

— А про этих… ну про этих, ты откуда узнал?

— Мне Валерка с Петькой рассказали, — мальчик стыдливо потупил взор.

— Вот говорила я отцу, что дружба со старшими мальчишками до добра не доведёт. Вот, пожалуйста… — запричитала мать, потом резко остановилась и внимательно посмотрела сыну в глаза. — Боря, ты только больше никому не рассказывай, что мне сейчас говорил. Никому. Ни в школе, ни на улице. А с Санькой помирись! И никогда его отца так не называй! Ты понял меня?! Понял?!

Вдруг ставшее серьёзным лицо матери напугало Бориса.