Крестовский душегуб

Несмотря на то, что кладбище после её похорон значительно разрослось, выкрашенные в зелёный цвет памятник, в виде пирамиды заострённым верхом, увенчанный красной звездой, запылившиеся венки и фотография Насти в рамочке. Когда они подошли к ограде и встали в проходе Зверев закурил.

- Меня снова вызывают в Главное управление, - наконец-то нарушил затянувшееся молчание заговорил Корнев, - будет Резник, ещё кто-то из его коллег, возможно ты тоже понадобишься.

Зверев выдохнул дым и поморщился:

- Это ещё зачем?

- Они ещё раз хотят проверить твои показания, вроде бы появились какие-то вопросы, - пояснил Корнеев, -они так и не могут идентифицировать труп Фишера, они всё это время упорно искали тех, кто мог бы его опознать, но видимо так и не нашли.

Зверев усмехнулся:

- Меня это не удивляет, наш Леня слишком хорошо позаботился о том, чтобы Фишер остался неузнанным, но мы то с тобой знаем что это был он. Или ты тоже сомневаешься?

- Нет. Я не сомневаюсь что ты прикончил эту сволочь. Кстати, а я ведь так до сих пор не извинился перед тобой.

- За что? - удивился Зверев.

- За то, что усомнился в тебе, за то что передал дела другим и помешал тебе довести дело до конца так, как ты хотел.

- Перестань, что получилось что получилось, Фишер найден. Свистунова ждет трибунал. А кстати, они уже определились что сделают с иконой?

- Резник сказал, что по окончании дела, её передадут московскому музею.

- Жаль.

- Почему жаль? А ты бы как с ней поступил? Вернул в монастырь?

Корнев фыркнул хотел было что-то возразить, но немного подумав передумал:

- Мы сделали главное, Пашка, а икона теперь не наша забота, - они снова помолчали.

Когда Зверев раскурил вторую папиросу, Корнев спросил:

- Паша скажи, а ты бы выстрелил, если бы Фишер сдался добровольно?

Зверев дёрнулся, его глаза сузились он отвернулся:

- Тебе так важно это знать?

Корнев пожал плечами:

- Не хочешь, можешь не отвечать.

- И не буду. Все случилось так, как это случилось.

- Случилось так, как ты хотел, и так как хотел я. Мы посчитались за твоих близких, мы посчитали за Настю.

- Конечно я же сказал, что очень тебе за всё благодарен. Я всё понимаю.

- Что ты понимаешь?

- Ну как что, Настя была тебе очень близка.

Зверев обернулся и выкрикнул с надрывом:

- Кто тебе это сказал!?

Корнев опешил:

- Леночка.

- Ничего она не знает, твоя Леночка. Леночка ему сказала, - Зверев так стиснул папиросу, что та сломалось, он выбросил обломленный мундштук.

- Давай успокоимся Паша. Я обещаю, что больше не стану лезть к тебе в душу если тебе этого не хочется. Кстати, у нашей Леночки похоже появился ухажер.

Зверев склонил голову набок:

- Лётчик?

- Почему лётчик? удивился подполковник.

- Неважно, - Зверев махнул рукой, - кстати, ты говорил что тебе нужно ехать в Главк.