Крестоносец

И они явно собирались атаковать.

Дерзко. Смело. Глупо.

Во всяком случае так это выглядело со стороны османов.

Легионная пехота оставалась достаточно далеко. Основные силы Селима тоже. Поэтому командир авангарда скомандовал атаку, стремясь выслужиться перед наследником Султана. Ну а как иначе? Он, вслед за шахзаде не сомневался в неизбежном поражении этого гяура. И желал первым «пустить кровь…»

Андрей же, узнав о подходе неприятельского авангарда, лично выступил к своей кавалерии, дабы принять командование ей на себя. Вместе с отрядом персидских союзников.

Уланы спешно строились в линию.

За ними размещались рейтары и следом персы. Драгуны же, скакали к наиболее удобному для своего дела холму. Отсюда их мушкеты смогут поддержать атаку. Да – пулями на излете. Но и это – «хлеб».

Тем временем беспорядочная лава из конных воинов акынджи, немного сдобренная сипахами, перемахнула через холм. И пошла по полю, ровному как стол. И, к счастью, лишенному ирригационных каналов.

Акынджи представляли собой иррегулярную конницу, вооруженную щитами, саблями и луками. Ничего внятного из доспехов на них обычно не имелось. В силу бедности и лишнего веса, которым они не любили перегружать своих далеких от идеала легких лошадок.

Так вот эта лава акынджи была в более чем семь раз многочисленнее, чем конница легиона. И, несмотря на отсутствие внятного защитного снаряжения, чувствовала аромат успеха.

За луки никто не брался.

Кони! Прекрасные персидские кони! Каждый из которых стоил больше, чем десяток акынджи. Поэтому поранить любого такого коня – кощунство и невероятная глупость. Своим бы потом голову оторвали. Да и особого толка от лучной стрельбы в конном бою не было. Поэтому они выхватили сабли и приготовились к «собачей свалке».

У седла многих из акынджи имелись арканы. Но в бою они их не применяли, используя только для ловли людей. Обычно разбегающихся девиц, которые выглядели перспективно для продажи в рабыни.

Лава расплескалась по полю широким фронтом. И шагом направилась навстречу приближающейся легионной кавалерии во главе с Андреем.

– Ты безумец! – выкрикнул командир персидского отряда.

– Ты боишься?

– Я?! Да за кого ты меня держишь?! – взвился он, неистово сверкнув глазами.

Андрей рассмеялся.

От души.

Прикинул расстояние до врага. И во всю мощь своих легких запел:

– Смотри на яркую звезду, которая горит в небесах неведомых, у вражеской земли!

Практически все уланы и рейтары были из числа старых бойцов. Они еще ходили в атаку под Селезневкой, на Любовшане и Гоголе. Ну, абсолютное их большинство во всяком случае. Так или иначе – они песню знали, ценили и охотно подхватили. Поэтому со слов «которая горит» началась цепная реакция – люди песню подхватывали. Вливаясь.