Крестоносец

Папа Павел IV мрачно поигрывал желваками переводя взгляд с одной такой группы на другую. Они были до омерзения жизнерадостными. В то время как Святая церковь переживала тяжелые дни, нуждаясь в самоотверженности каждого своего служителя. Каждого. И тем более столь высокопоставленного.

Наконец двери распахнулись. И в помещение вошло несколько человек… включая какого-то воина. Что крайне не понравилось Папе.

– Кто это? – хмуро спросил он, указуя перстом на мужчину в доспехах и с оружием. Да еще со щитом, украшенным хризмой, совершенно чуждой в латинских землях вот уже столько веков.

– Позволь рассказать все по порядку, – произнес Карло Борромео, направленный по просьбе кардинала Джованни Медичи в 1558 году к Андрею наблюдателей. – Это очень важно.

– Это твой человек? – уточнил Папа.

– Разумеется.

Павел IV немного помедлил, разглядывая этого воина, и нехотя кивнул.

– Благодарю, – поклонившись произнес Карло. – Как вы все знаете, я был направлен Святым Престолом в Тулу, где должен был присматривать за делами князя Антиохии и графа Триполи…

– Это так, – поспешно произнес Павел IV, перебивая Борромео. – И почему же ты вернулся? Да еще и через своего родича, – кивнул она добродушно улыбавшегося Медичи, – потребовал созыва совета кардиналов. И вот это все, – махнул он рукой в сторону воина. – Я раздражен. Объяснись!

– Да! – воскликнул французский кардинал. – Кто это?

– Это человек, который демонстрирует снаряжение комитата VI легиона Ferrata. Он сейчас высаживается в Трапезунде.

– Что? – удивленно мигнув, переспросил Павел IV.

– Князь Антиохии возродил VI «Железный» легион и повел его в бой. Легион, созданный некогда Гаем Юлием Цезарем и распущенный после гибели Валента под Адрианополем, возрожден.

Тишина.

Наконец Павел IV встал и подошел к этому воину. Медленно обходя вокруг него и осматривая с ног до головы.

Первым, что ему бросилось в глаза, был поздний имперский шлем с большими сомкнутыми нащечниками, сегментным назатыльником и козырьком. Андрей его «слизал» почти полностью с исторического образца. За тем исключением, что ввел наносник, подбородочный Y-образный ремень и регулируемый подвес типа «парашют», что позволило «лепить» шлемы трех стандартных размеров, подгоняя их регулировкой подвеса под конкретного бойца.

Дальше его взгляд опустился на кирасу, изготовленная из склепанных полос металла по технологии японских окегава-до. Из-за чего в немалой степени походила на образы лорики сегментаты с барельефов. Застегивалась она по бокам, что позволяло ее также выпускать стандартных размеров, с ориентиром на рост, и регулировкой «диаметра» ремнями. К ней крепились наплечники ламеллярного типа, сегментированные. Что также добавляло схожести с «картинками» барельефов.