Крещение огнем

Ведь это просто здорово, тебе не кажется?

— Это просто отвратительно! — рявкнул он. — У нас таких взаимоотношений не было.

— Действительно, у нас эти отношения были односторонними… Ты гулял, а я торчала дома.

Его дыхание участилось.

— Мне кажется, что ты просто хочешь вывести меня из себя.

— А разве такое возможно? — Яростный блеск глаз гипнотизировал ее, хотя она и была удивлена тем, как легко Рафаэль проглатывал ее лепет. — И чего мне это будет стоить?

Он бросил на нее быстрый понимающий взгляд.

— Значительно больше, чем эта неуклюжая попытка вызвать во мне ревность.

Сара, не отдавая себе отчета в том, что делает, вскочила на ноги и выплеснула содержимое своего бокала прямо ему в лицо.

— Сядь! — рявкнул Рафаэль, вытираясь чистой салфеткой. — Боюсь, что с обедом я переусердствовал.

Сара, растеряв все свое мужество, выбежала вон из ресторана.

На улице был ливень. Потоки воды, закипая, бились о пыльный асфальт, и уже через минуту Сара промокла до нитки. Тонкая блузка и юбка прилипли к телу. После такого неожиданного и из рада вон выходящего взрыва она почувствовала себя совершенно разбитой. Находясь в состоянии чувственного замешательства, она как сквозь туман подумала, что за последние дни совершила много поступков, которые никак не вписывались в обычную для нее линию поведения.

В присутствии Рафаэля она становилась неуправляемой. Пара бокалов вина на пустой желудок — и вот она уже ведет себя как на сцене ночного клуба! Он пригласил ее на обед только ради того, чтобы поговорить о Джилли и Бене, и во что это вылилось? Уж что-что, а небольшого легкого цивилизованного разговора, конечно, не получилось. Я женат на тебе, заявил он, даже не поморщившись. И ей захотелось его убить… вернее, убивать его медленно, прибегая к разным утонченным пыткам и без малейшего сострадания."

"Избежать позора — это единственное, о чем она думала. По крайней мере так ей казалось. Почему-то для нее стало очень важным убедить Рафаэля в том, что его уход для нее стал неприятностью, неожиданно превратившейся во благо. Но Рафаэль понял ее лучше, чем она сама. «Неуклюжая попытка»… Эти слова поразили ее, как отравленные дротики. Как всякая привлекательная женщина, Сара сомневалась в своей привлекательности. В общем и целом, это не очень ее беспокоило, но, когда на горизонте объявился ее bite noire (Черный зверь, ненавистный человек (франц.) от спокойствия не осталось и следа, и она оказалась втянутой в водоворот чувств. Только что в ресторане она пустилась во все тяжкие и опять все выболтала. И это уже не в первый раз, горько призналась она, невольно вспоминая прошлое. Через восемнадцать месяцев после их женитьбы она вся кипела, как скороварка на слишком большом огне.