Крепостная

 — Не задавайте лишних вопросов!

— Извините, Константин Николаевич, — начал заискивающе врач и посмотрел на Грушу, которая лежала с закрытыми глазами на животе и делала вид, что не слушает разговор.

— Покажите, как перевязывать, я сам буду это делать.

— Но я мог бы приезжать… — начал доктор.

— Я сделаю все сам, — отрезал Урусов, и доктор с удивлением отметил ревнивые нотки в голосе князя.

После перевязки доктор уехал, оставив князю небольшую баночку с настойкой опия для того, чтобы облегчить боль Груши. Константин налил нужное количество в ложку и, встав на колени около постели, поднес настойку к губам девушки.

— Я знаю, что ты все слышишь, душа моя, — прошептал ласково Константин. — Выпей, будет не так больно.

Груша медленно открыла глаза, и Урусов в который раз поразился их необычному цвету. Девушка с ненавистью глядела в его лицо.

— Зачем вы остановили наказание? — прошептала она мертвым голосом.

Урусов молчал. Несчастно, с болью, не отрываясь, смотрел на нее. Вчера он хотел, чтобы она умерла. Коньяк затуманил его разум настолько, что он чувствовал себя скорее зверем, чем человеком. Именно поэтому он приказал избить Грушу до полусмерти. Но сегодня, когда хмель выветрился из его больной головы, Константин испугался того, что сделал накануне. Он сразу же решил забрать девушку к себе и заботиться о ней.

— Не старайся, больше ты меня не выведешь из себя, — сказал тихо и примирительно Константин. — Отныне я не буду пить. Вчера я был не в себе. Выпей настойку, малышка."

"Груша послушно открыла рот, и темная прозрачная жидкость потекла по ее горлу. Спустя несколько минут ее разум затуманился, и она посмотрела на князя, который так и сидел на коленях у ее изголовья, уже более спокойно.

— Уже день? — спросила она равнодушно.

— Да, Грушенька, день, — ответил Урусов и улыбнулся девушке. Вдруг она улыбнулась в ответ.

— Спина совсем не болит, — сказала она просто, как ребенок.

— Вот и хорошо, — прошептал князь и легко поцеловал девушку в нос.

Андрей верхом на вороном жеребце выехал на небольшой холм и присмотрелся. Собирался дождь, ветер носил холодный воздух по возвышенности. Елагин всматривался вдаль, надеясь увидеть нечто, что могло заинтересовать его.

Уехав из поместья той злополучной ночью, Елагин остановился в одной из ближайших деревень, которая не принадлежала семье Урусовых. Его давний друг-охотник приютил Андрея и скрыл местонахождение от односельчан.

В течение всей последующей недели Елагин исследовал окрестности и искал место, где можно будет спрятать на время Грушу, до того как они уедут за границу. Каждое утро Андрей вставал с мрачными мыслями и чувствовал, что время неумолимо отдаляет его от возлюбленной.