Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

 — Одна?!

— Не плачь! — утешил ее голос (хотя Аранша и не собиралась пускать слезу). — У тебя будет своя будка и кормушка. Смотри!

Темнота отступила, открыв некое подобие бревенчатой крестьянской избы. Одна стена отсутствовала, взгляду открывалось внутреннее убранство избы: тяжелый стол, широкая скамья, на которую брошен лохматый тулуп… плетеные камышовые циновки на полу… все вроде бы настоящее, но что-то не так… ах да, окон нет! Кстати, светильников тоже нет — откуда же свет такой хороший да ровный? И где очаг?

Араншу заинтересовали не тайны «избы», а стоящий на столе горшок, из-под крышки которого струился пар. Она решительно двинулась к «избе», по-хозяйски прошагала по циновкам и, сняв крышку, заглянула в горшок.

— Да чтоб мне околеть! Каша! Брюквенная! Ух, ненавижу! У нас в деревне эту дрянь варили, когда улова не было. Я что, это жрать должна?!

— Не капризничай! — одернул ее хозяин. — Те двое, что до тебя здесь жили, каждый день эту кашу ели да нахваливали.

— То-то они у тебя быстро померли. Госпожа, Керумик, скорее ловите того зверя крылатого, выручайте меня отсюда!

— Да уж, поторопитесь! — насмешливо подхватил голос. — А то, когда вернетесь, можете не узнать свою подружку.

— Почему? — испугалась Арлина.

— В моем доме время течет не так, как за стенами. Вы там побродите не спеша, поохотитесь, вернетесь — а она уже седая, дряхлая.

Аранша застыла в неловкой позе, прижав к груди глиняную крышку.

Волчица в смятении обернулась к Керумику.

— Очень может быть, — неохотно подтвердил тот. — В каждой складке время бежит по-своему. Чаще всего разница невелика, но иногда — о-го-го!

Арлина бросилась к наемнице, схватила за плечи, заглянула в глаза:

— Слушай меня! Клянусь детьми, клянусь мужем, клянусь Безликими! Я не уйду из Подгорного Мира, пока не спасу тебя! И я не умру, пока не спасу тебя! Слышишь, не умру! Ты верь, обязательно верь! Ты вернешься к мужу! И не старухой вернешься, я клянусь!

Бледная, без кровинки в лице, Аранша хотела что-то сказать, но не смогла — лишь кивнула, принимая клятву.

Волчица повернулась к Керумику и спросила свирепо, словно парень был в чем-то виноват:

— Ну, говори! С чего думаешь начать охоту?

Тот задумался лишь на миг.

— Притворяшки сами не растят детенышей — подбрасывают в норы и логова к другим животным. Маленькое существо учится подражать чужой внешности — или погибает. К хищникам в берлогу мы, ясное дело, не сунемся. Есть в одной из ближних складок речка Тарахтелка — бежит по дну ущелья, камешками постукивает. Стены ущелья высокие, крутые. Там живут большими колониями Скальные Ползуны. Насколько помню, у них сейчас подрастают детишки. Ползуны нас не сожрут, когда мы с их потомством знакомиться полезем.