Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

Из клокочущей воды высовывался ряд отшлифованных течением валунов. Ралидж отрешенно подумал, что это, вероятно, те самые Пенные Клыки, встречу с которыми всю дорогу тоскливо предвкушал капитан.

На середине реки, между валунами, было достаточно места проскочить кораблю — если, конечно, у руля бывалый корабельщик с твердой рукой. Но эти ворота к спокойному, мирному пути, увы, были закрыты: меж валунами высилось нечто вроде плотины из наваленных как попало древесных стволов.

А с правого берега на «плотину» с законной гордостью строителей взирали тролли. Десять… нет, девять мерзких морд.

По команде капитана матросы пошвыряли арбалеты на палубу и бросились к парусу. Сам капитан, оттолкнув рулевого, вцепился в штурвал. С трудом удалось замедлить ход корабля, но все же течение с нехорошим упорством тащило «Шуструю красотку» к «плотине». Тролли вопили, скакали по берегу, размахивали дубинками.

— Перегружен корабль! — проорал капитан. — Пожадничал я, чтоб мне сдохнуть! Не уйдем против теченья! А ну, все за багры! Отталкиваться будем… может, плотину разломаем.

Багры были разобраны в мгновение ока. Течение развернуло корабль и почти прижало к полузатопленным стволам. Теперь было видно, что деревья для прочности связаны канатами.

«Тупые-тупые, а догадались! — думал Орешек, налегая на багор. — И откуда у них канаты? Из награбленного? Или какие-нибудь сволочи люди с ними торгуют?»"

"Великаны ликующе кружились, вертя над головами дубины, сделанные из вырванных с корнем молодых деревьев.

«Ну и сила! — позавидовал Орешек. — Не приведи Безликие драться с таким! Такой стукнет — от тебя красная лужица останется. Вот разве что сказать ту фразу…»

Рука дрогнула, чуть не выронив багор. Орешек очень не любил вспоминать о подарке, полученном когда-то от Аунка. Наставник, загадочный и жесткий человек, колдовским способом пробудил в своем ученике умение мгновенно, разом выплескивать наружу всю силу, ловкость и ярость, что заложили в него боги. Достаточно было произнести вслух странную, бессмысленную фразу — и добрый веселый парень превращался в непобедимого лютого демона. Правда, очень ненадолго.

Орешек воспользовался страшным даром трижды — и не любил вспоминать об этом. И не потому даже, что за эти пламенные вспышки приходилось платить болью и упадком сил. Нет, Орешек стыдился и боялся темной стороны своей души, которая вырывалась наружу, чтобы убивать…

Напряженные мысли были оборваны раздавшимся над ухом отчаянным криком.

— Эх, где мы ни бывали, нигде не унывали! — заорал Айфер, отбросил багор, вскочил на планшир. — С Хозяйкой Зла гуляли, в боях мечи ломали! — Оттолкнувшись, он спрыгнул на валун, поскользнулся, рухнул плашмя — к счастью, не в пенную свирепую воду, а на «плотину».