Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

Древесный уголь достать — пара пустяков, сера и селитра — тоже не бриллианты…

Но почему-то под рецептом крупно приписано: «Очень, очень осторожно!»

Тем более нужно попробовать, интересно же!..

И вдруг без видимой причины на Орешка снизошла твердая, светлая уверенность, что приключения не окончены. Он не мог объяснить, почему решил, что впереди ждут передряги поопаснее прежних. Просто знал, и все. И был рад этому.

Орешек поднял лицо к небу и сказал негромко (для этих зрителей кричать не надо, они и так все услышат):

— Почтеннейшая публика, прошу не расходиться! Это не конец представления, это всего лишь антракт!

Книга 3

Встретимся в Силуране!

Дмитрию Юрьевичу и Наташе Браславским — моим первым читателям, строгим и терпеливым

Дорога — по суше, по воде, по судьбе…

Когда мир вокруг ненадежен и убийцы меняют облик, должны оставаться неизменными честь, отвага и клинок.

Когда пути сойдутся в Силуране, сводя вместе друзей и врагов, мир покачнется на краю — и из отчаяния родится надежда.

1"

"Беда, если встретится незадачливому путнику на лесной дороге человек в потрепанной до лохмотьев рубахе и холщовых штанах — но в красивом, опушенном мехом плаще из толстого сукна. Или в потертой кожаной куртке — а на сапогах серебряные пряжки… При одном взгляде на такого щеголя бросит догадливого путника в дрожь. Сразу начнет он прикидывать: с кого снял встречный незнакомец такие дорогие вещи… а главное — что этот франт сейчас подумывает прибавить к своему наряду?

Именно такие подозрительные бродяги и сидели вдвоем на берегу лесного ручья. Кусты боярышника были плохой защитой от осеннего ветра, поэтому один из парней закутался в свой роскошный плащ, стянул его на груди толстыми витыми шнурами и набросил на голову капюшон. Второй поднял воротник куртки и хмуро сказал:

— Где этого дурака болотные демоны носят? Холодно и жрать хочется…

— Слышь, Матерый, надо бы мне пойти, — озабоченно отозвался его дружок. — Зря ты Гундосого послал. Его в детстве мамаша башкой на камни уронила, не иначе…

Тот, кого назвали Матерым, задумчиво качнул седой лохматой головой:

— Подождем чуток. Не явится — ты пойдешь. Заодно поймаешь этого дурня да вколотишь ему нос до затылка, чтоб впредь шустрей был.

— Постой, — перебил его приятель, — что там по ручью шлепает?

Оба вскочили на ноги, глядя сквозь листву, как через ручей, по пояс в воде, бредет щуплый человечек. Вцепившись в ветви ивы, он вскарабкался на берег, огляделся, махнул рукой и двинулся сквозь кусты к своим дружкам.

— Я напрямик… чтоб обогнать… Уходить надо!

— Облава? — нахмурился Матерый.

— Не на нас. Большая охота ниже по ручью… — Гундосый сморщился, словно собираясь чихнуть, и захихикал.