Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

— Разбойничьи дозорные углядели впереди огни — вероятно, остановился на привал другой караван. Злодеи решили обрушиться на несчастных путников. А меня, чтоб не мешал во время налета, бросили в пустом колодце… оставили мех с водой и мешочек фиников… сказали, что потом за мной вернутся. Настало утро, а их все не было. Дрожала земля… в колодец падал пепел… было так страшно! Потом я услышал топот копыт и начал кричать…

Илларни хотел было поздравить земляка со счастливым избавлением, но Аранша хмуро сказала:

— Пусть Сокол посмотрит повнимательнее… эта колодезная жаба ему никого не напоминает?

— А верно! — растерянно подхватил Айфер. — Только балахон где-то потерял! И бороду.

— Это колдун! — звонко крикнула Арлина. — Негодяй!

Ралидж тяжело шагнул к спасенному ими человеку.

— А ну, подними голову! — жестко скомандовал он. — В глаза мне гляди! В глаза, я сказал!

Ошалевший незнакомец взглянул Ралиджу в лицо — и окончательно перестал быть незнакомцем. Меж ним и Хранителем вновь ожило страшное мгновение: сизый дымный столб над колдовской прорубью, вспышки волшебного жезла, блеск клинка…

— Ну, людоедская твоя морда, — негромко сказал Ралидж, — что ж ты свою нечисть на помощь не зовешь?

Айрунги затравленно оглядел враждебно обступивших его людей.

— Сбросить его обратно в колодец! — гневно потребовала Арлина, которой часто виделся в кошмарных снах первый штурм Найлигрима.

— Можно и в колодец, — уточнила Аранша, — но по частям!

— И песочком присыпать! — прогудел Айфер.

От ужаса у Айрунги потемнело в глазах. Но тут перед ним возникло, как маяк из ночи, лицо без враждебности… даже сочувствующее… о боги, да ведь этого человека он как-то повстречал во время своих странствий!..

— Илларни! — взвыл колдун-неудачник, бросившись к ногам астролога и обеими руками вцепившись в его сапог. — Лоцман звездного моря! Прозорливый чтец созвездий! Не дай пропасть человеку, который изучал твои бессмертные труды!

— Друзья, — растерянно обернулся Илларни к спутникам, — по-моему, так нельзя! Понимаю, этот человек виновен перед вами, и не только перед вами… но чтоб вчетвером, безоружного… на чужбине, без погребального костра!..

Орешек с энтузиазмом заявил, что если загвоздка только в этом, так он сейчас собственными руками наломает сухих ветвей. Аранша выразила готовность пожертвовать для хорошего дела свой мешочек с хвоей. Айфер, не желая остаться в стороне, сказал, что четверо на одного — это, конечно, ни к чему. Пусть колдуна отдадут ему, Айферу. Одного подзатыльника хватит…

Айрунги понял, что старый астролог — его единственная надежда на спасение.