Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

М-да, просто мороз по коже! Ну и фантазия у людей!

Хвала богам, их начинает одолевать сон… немудрено, с того пойла, каким потчует хозяин. С одного глотка ясно: нормальному человеку это пить нельзя. Это можно лить только в такие вот луженые горластые глотки… Вот, еще одна голова плюхнулась на блюдо с вареными раками… вот еще один сполз на пол и прикорнул под столом. Отлично! Все готовы… кроме Грома! Мало того что не спит, негодяй неугомонный, так ему еще и в «радугу» сыграть приспичило. Ходит по трактиру, трясет коробкой с костяшками, приятелей своих тормошит…

Наемник пихнул ногой одного из спящих, приподнял за волосы голову другого, убедился, что от дружков никакого толку, и взревел так, что за стеной у коновязи шарахнулись и заржали лошади:

— Тр-рактирщик! Ты где? Подь сюда… играть будем!

Но бывалый хозяин предусмотрительно укрылся в погребе, откуда только что носил наверх вино. И крышку за собой прикрыл.

Разочарованный наемник тяжелым взглядом обвел притихший трактир и углядел парнишку, который не успел притвориться спящим. В два шага Гром пересек комнату и навис над мальчиком:

— Ты… как тебя?.. Сыграем! Ну-ка, покажи свой кинжал… Разукрашен красиво, а лезвие — дрянь. Ладно, ставь против моего ножа… разрешаю.

— Бери так, — робко предложил парнишка. — Я спать хочу.

— А я сказал — играем! Вот, бери коробку… тряхни хорошенько…

— Если проиграю — отпустишь меня спать? — уточнил парнишка, заранее примирившийся с потерей кинжала.

— Проиграешь — отпущу… Что там? Два алмаза и подкова? А ну дай сюда коробку!.. Две розы и подкова… Эх, твоя взяла!

Гигант тупо глядел на рассыпавшиеся по скамье плоские костяшки.

— А вот отыграюсь! Против ножа и кинжала — мой кошелек… не помню, сколько там осталось… И плевать, ставлю весь.

Трактирщик в погребе поздравил себя с тем, что заранее получил с гостя плату за вино.

— Оп-пять розы… цветочки поганые… Не-ет, отыграюсь! Против всего… вот этого… ставлю седло… Куда — спать?! Я те дам — спать! Играй!

Трактирщик поднялся по лесенке и неуверенно взялся за крышку над головой. Можно уже вылезать или не стоит попадаться наемнику под горячую руку? У него сейчас в душе не чижики щебечут — судя по тому, как он нахваливает свою лошадь. Даже предлагает, пьяный дурень, завести кобылу в трактир, чтобы парнишка ее осмотрел и согласился принять в качестве ставки!

Когда трактирщик наконец решился выглянуть наверх, он увидел, что Гром уже снял куртку и теперь стаскивает через голову рубаху.

— Вот… и сапоги… Эх, сам вижу, что мало… против лошадки моей бывшей, и седла, и всего… Штаны добавить?

— Да ничего мне не надо… — безнадежно пискнул мальчишка.