Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

Советники замерли в напряженном ожидании. Храброе сердце стоявшего за порогом солдата сжалось, перестав биться в груди.

Король начал снова — раздельно, твердо и властно:

— Шипастому из Отребья дозволяю основать Семейство.

Кто-то из советников, не удержавшись, тихо ахнул.

Сердце наемника вновь бешено застучало. Шипастый шагнул через порог, быстро пересек комнату, упал перед королем на колени и склонил голову на скрещенные запястья.

— А, ты здесь, — не удивился Вепрь. — Давай сразу с тобой и закончим…

Голос короля налился силой. (Нуртор чтил старинные обряды и каждый раз, свершая их, вдохновлялся, воспарял душой ввысь.)

— Назови мне свое истинное имя, имя твоей души, и да станет оно именем твоего Семейства на счастье твоим потомкам!

Мысли безымянного наемника, которого всю жизнь все звали только кличками, заметались, как снежинки в пургу. Хотелось придумать что-нибудь звучное и гордое, но короля нельзя было заставлять ждать, и солдат бухнул первое, что подвернулось на язык:

— Шипастый Шлем.

И сразу улеглась сумятица мыслей и чувств. И показалось седому наемнику, что об этом имени он мечтал еще мальчишкой, когда его окликали: «Эй ты, Отребье!..»

Король, прищурившись, перевел имя на Древний Язык:

— Ну что ж, Кринаш из Семейства Кринаш, носи это имя с честью, пусть тобой гордятся потомки. — Нуртор нашел взглядом крючконосого советника. — Почтеннейший Файрифер из Рода Хасчар сегодня же занесет мою волю на пергамент и передаст его тебе.

Почтеннейший Файрифер поклонился королю и, улучив мгновение, с веселой злостью шепнул Арджиту:

— Почему-то мне кажется, что этот мерзавец денег нам не вернет.

— Почему-то мне кажется, — оскорбленно шепнул в ответ Сын Клана, — что мы и не станем требовать эти деньги назад!.."

"Кринаш Шипастый Шлем, которого король отпустил легким кивком, на подгибающихся ногах вывалился за порог и прислонился к стене, чудом вспомнив, что он часовой и что смена еще не пришла.

Кринаш боялся умереть от счастья. Сейчас, только сейчас родился он на свет! Ведь известно: нет имени — нет человека…

А он еще и богат! У него целое состояние — тридцать золотых! Да еще перстень, за который десять не десять, но шесть золотых можно выручить. И теперь можно с толком эти деньги потратить. Не прогулять, а купить, скажем, землю… нет, какой из него крестьянин, лучше завести кузницу с парой умелых рабов… а еще лучше — держать постоялый двор! Вот-вот, это как раз для него!

С ума сойти! Он может все! Он стал человеком!

Будущее рисовалось радужным и сверкающим, хотя и весьма неясным. Одно Кринаш знал точно: он обязательно женится! Теперь он имеет на это право! Не так уж он и стар, седина в волосах — не от дряхлости, а от жестоких передряг.