Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

Разрубив последнего врага, Хранитель с тревогой обернулся к девушке:

— Ты цела?

Не ответив, та вскочила и бросилась к Эрвару, который в этот миг отшвырнул от себя разорванного пополам «кузнечика», попытался встать — и рухнул навзничь.

Арлина и Орешек приподняли Подгорного Охотника за плечи. Рубаха на груди Эрвара была разодрана в клочья, кожу покрывали неглубокие, обильно кровоточащие царапины.

Лохмотьями рубахи Волчица попыталась остановить кровь.

— Не трудись, госпожа, — отозвался Эрвар (и Арлина тревогой заметила, что голос его слишком слаб для человека с такими несерьезными ранами). — Это Черные Прыгуны, у ни яд в когтях, кровь не уймешь… Мне, похоже, конец. Ты, Сокол, запоминай, пока я бредить не начал… Чтоб вам с госпожой вернуться домой, нужно… Погоди! У меня в глазах пелена? Или вокруг неладное творится? Не вижу ничего…

— Туман, — озабоченно объяснил Орешек. — Невесть откуда взялся, плотный такой… Здешняя пакость?

— А-а, туман… это ничего, как приполз, так и уползет. Он не то чтобы живой, а вроде этого… Хуже другое: в тумане хищники бродят, им к добыче удобно подбираться. Найдите пещеру, отсидитесь, а когда туман уйдет…

Эрвар замолчал, тяжело дыша, а потом вцепился в руку Арлины и заговорил негромко, страстно:

— Соль, понимаешь, везде соль… прямо на земле… лужи на солнце высыхают, на дне коркой соль остается…

Орешек в отчаянии посмотрел на Арлину. Та ответила беспомощным взглядом. Подгорный Охотник продолжал бормотать:

— А трава пожухла, на траве тоже соль… и на коже соль… и на ресницах… руками тереть нельзя, а то соль глаза выест…

Туман поднимался все выше, он уже закрыл непроглядным слоем и дно ущелья, и редкие кусты, и двоих людей, склонившихся над третьим… Все спрятала белая пелена — так буран заносит снегом обреченных путников.

35"

"Над облачным морем, как остров, высился утес с плоской вершиной. И был этот утес для Арлины и Орешка последней надеждой… нет, последней возможностью оттянуть гибель. В пелене тумана они стали бы легкой добычей для любого зверя. На вершине утеса, овеваемой чистым ветром, они могли хотя бы заметить врага.

Не так уж высок был утес, но труден оказался подъем на вершину. Арлина поднималась первой, разведывая тропу. Сначала девушка держала наготове арбалет, который очень мешал карабкаться на скалу. Но вскоре Волчица обронила оружие, не смогла в тумане его отыскать и в глубине души почувствовала облегчение. Руки ее были ободраны до крови, одежда изодралась на локтях и коленях, поперек щеки легла глубокая царапина. Однако Арлина держалась молодцом и не хныкала. Она понимала, что ее любимому было еще труднее: он тащил на себе Эрвара.