Крепость надежды

Святой отец благодарно кивнул и продолжил: — Любовь между Ксистерой и Лизенгейлом вспыхнула мгновенно, и ослепленные страстью любовники потеряли всяческую осторожность. Не прошло и недели, а король уже знал все. Кара последовала незамедлительно — Мортиса обвинили в измене и заточили в каземате дворца. Ксистеру под конвоем отправили обратно в родовое имение. Ну а дальше все пошло по накатанной колее — Мортиса Лизенгейла вместе с уходящим караваном отправили в Дикие Земли. На этом история должна была закончиться, финал был предсказуем — король все еще питал чувства к молоденькой фаворитке, и не прошло бы и года, как он вернул бы ее ко дворцу. Этого не случилось — он повторил ошибку старой графини и не учел безрассудный возраст Ксистеры и ее любовь к Мортису: спустя три дня после возвращения домой она бесследно исчезла из имения и растворилась в ночи. Взбешенная графиня, уже чувствуя потерю всякого влияния на короля, по горячим следам пустила погоню, но нагнать Ксистеру не удалось. Из дома пропала лишь дорожная одежда, быстрая лошадь из конюшни и немного золота. Куда именно направилась девчонка, гадать не приходилось — вдогонку за Лизенгейлом. Посланные на поимку юной графини опоздали — прибыли к Пограничной стене на день позже, когда караван поселенцев уже бесследно растворился на территории Диких Земель. Людям графини пришлось возвращаться с пустыми руками. Король горевал недолго — не прошло и месяца, как им вовсю крутила новая фаворитка. Старая графиня Ван Лорк, лишенная милости короля, осталась не у дел и практически не покидает своего имения. Все описанные мной события случились пять лет назад. Это все, что я знаю, сын мой. Остальное покрыто мраком тайны, и, внимательно прочитав дневник, думаю, мы сможем пролить свет истины на финал этой истории.

— Э-э-э, несомненно, отец Флатис. Несомненно, — ответил я, несколько ошарашенный последней вычурной фразой священника. — Обязательно прольем этот… как его… свет истины.

— Ваш отвар, — прощебетала подошедшая кухарка, ставя на столешницу две глиняные кружки.

Поблагодарив расторопную женщину, мы, прихлебывая горячий отвар, сгорбились над открытой книгой. Похоже, азарт охватил и священника, и он, сопя носом, водил по исписанным красивым почерком страницам пальцем, старательно выискивая более-менее разборчивые места.

Святой отец оказался прав — как всегда, — и по несвязным обрывкам текста я убедился, что речь идет именно о той самой Ксистере Ван Лорк. Пролистав большую часть дневника, мы наконец добрались до того места, как девушка воссоединилась с отрядом поселенцев и с Мортисом."

"«Это свершилось! Наконец-то я добралась. Мои молитвы Создателю были услышаны, и вот я в объятиях любимого. Я ни о чем не жалею.