Крепость большого леса

Весил «бластер» килограммов десять и казался неудобным для ношения, но, поскольку передние конечности Демонов были коленчатыми, а ладони имели форму буквы «S», стало ясно, что хозяевам Крепости он был как раз.

Прибежал Матевосян, увидел вскрытый шкаф.

– Ну что, получилось?

– Открылся только верхний ящик, – сказал Мерадзе.

– Сумасход тормозит, да и понимает наших айтишников с пятого на десятое, но они обещали найти подходы. А это что?

– Какой-то излучатель, наверное.

– Бластер, – повторил Точилин. – Давайте попробуем стрельнуть?

– Вряд ли он заряжен.

– А вдруг?

– Не будем рисковать, – сказал Плащинин. – Сначала надо разобраться в принципе действия, найти боеприпасы, зарядить, выбрать место для испытаний…

– Тут полно пустых отсеков.

– Повременим. Вернётся майор Ребров, тогда и поэкспериментируем.

– Во все дырки затычка – это ваш майор…

– Лейтенант!

Точилин замолчал, всем видом подчёркивая своё мнение о майоре Реброве.

Плащинин повернулся к Сергею Макаровичу.

– Подождём здесь, пока ваши эксперты откроют остальные шкафы?

– Пора ужинать, – рассудительно произнёс полковник. – Можно прождать сутки без пользы.

– Согласен. Вернёмся сюда, когда будет результат.

Точилин вскинул «бластер» к плечу, прицелился в потолок, шутливо выкрикнул, нажимая на один из штырьков под прикладом:

– Пуф!

От ствола «бластера» беззвучно протянулся к потолку, расширяясь, столб струящегося воздуха, и в нём образовалась звездообразная дыра величиной с абажур торшера.

Точилин едва не выронил оружие.

– Блин!

Мерадзе вырвал у него «бластер» из рук.

– Дубина стоеросовая!

– Я думал… он не заряжен… столько лет прошло…

Сергей Макарович молча покачал головой.

– Так можно невзначай и на тот свет отправиться, – бесстрастно сказал Спицын.

Взгляд Плащинина, брошенный на смущённого лейтенанта, сказал всё, что он думает о своём «гаранте безопасности».

⁂Ужинали в «столовой», под которую отвели самый большой отсек в жилой зоне, имевший собственный бокс для умывания и туалет. Здесь обитали, очевидно, две трёхполые «семьи», судя по количеству лежаков, и у каждого стояла квадратная тумба высотой в метр, предназначавшаяся то ли в качестве стола, то ли в качестве туалетного столика.

Так как нормальные земные продукты закончились, за исключением одного пластета с говядиной (приберёг Мерадзе), пакетиков соли и перца, оставшихся у спецназовцев Реброва, вскрыли консервы хозяев Крепости, каждый выбрал понравившийся ему цвет банки и символ на крышке.

Матевосян и Мерадзе (по его подсказке) взяли зелёные банки с «капустой».

Плащинин, Спицын и Савельев остановились на одинаковых коричневых банках, содержащих «бобы» с волокнами наподобие вермишели.