Крепкий орешек

- Спартак, - не разрывая зрительного контакта с Молотовым, позвала пёселя, который с любопытством обнюхивал пакет, оставленный мужчиной на комоде. - Кусь его!

- А если я скажу, что пришел с миром и пирожным?

- Каким пирожным? - заинтересовано спросила я, теперь уже с любопытством посмотрев на пакет.

- С тем, в котором много крема и орешков.

- Спартак, кусь отменяется, - отчеканила я и без малейшего стеснения заглянула в пакет, достав из него коробку с пирожными. - А это что? - обратила я внимание на маленькие коробочки.

- Лечить-то тебя чем-то надо. Это необходимые лекарства, - словно маленькому дитю объяснял Молотов. - Сейчас поставим парочку укольчиков и уже к вечеру будешь порхать.

- Укольчиков? - не поверила я своим ушам. - Каких ещё укольчиков? Не надо мне никаких укольчиков! И пирожных мне ваших тоже не надо.

Самый обыкновенный детский страх взял надо мной верх. Вручила коробку с пирожными в его руки и попыталась максимально вежливо вытолкнуть Молотова из своей квартиры.

- Вам пора - у вас работа, - толкать эту скалу было бесполезно, ибо он даже на сантиметр не сдвинулся с места и лишь начал смеяться, пока я тут кряхтела, забыв о гостеприимстве.

- Надо же! - вскинул он брови, не пытаясь спрятать широкой улыбки. - Орешкина испугалась банального укольчика. Как ребенок.

- Ничего я не боюсь! - заупрямилась я, наблюдая за тем, как давно пришедшие в себя черти писали на большом листе ватмана «Маленькая врушка».

- Докажи, - сощурил он глаза и скрестил руки на груди.

- Вот и докажу! - едва поборола желание топнуть ножкой в знак собственного бесстрашия.

- Пойдёмте в гостиную."

"Схватив его за руку, повела в нужном направлении. Пока Александр Павлович доставал из пакета и складывал на журнальный столик коробочки и цветные пакетики с неизвестным мне содержимым, я пыталась собраться с духом, чтобы снять кигуруми и спустить шортики, оголив перед начальником зад.

Обратно пути уже нет. Молотов выжидающе посмотрел на меня и многозначительно посмотрел на диван, на котором, судя по всему, произойдет вся процедура, которую я на самом деле до ужаса боюсь.

Сделав глубокий вдох, под пристальным взглядом черных глаз, сняла кигуруми и бросив его на одно из кресел, поспешила лечь на диван будущей игольницей вверх.

«Быстрее начнем - быстрее закончим» - успокаивала я себя, пока начальник шуршал пакетикам и звенел какими-то бутылочками.

- А вы раньше делали уколы? - спросила я, стараясь не смотреть в сторону надвигающейся беды, словно от этого предстоящая боль будет сродни укусу комарика.

- Я прошёл небольшой медицинский курс, когда в армии служил. Так что поставить укол в одну вредную попку для меня не составит никакого труда, - снова послышалось короткое шуршание, а затем он произнёс те самые страшные слова. - Спускай шорты.