Крепкий орешек

Соня после родов стала меньше уделять мне внимания. И её тело после родов тоже изменилось, понимаешь? Раньше оно было подтянутым, а сейчас больше похоже на рыхлое тесто. Мне бывает... неприятно.

После этих слов во мне что-то замкнуло, сорвало все стоп-краны, которые много лет были запломбированы и покрыты пылью. Даже внутренняя баба-гопник напомнила о себе и со словами «Ничоси! Бессмертный?», поправила майку-алкоголичку и разминала кулаки.

- Знаешь, Тёма, Соня просила кое-что тебе передать, - подошла я к нему ближе и жестом показала мужчине, чтобы он наклонился, дабы лучше было меня слышно. Положила ладони ему на плечи, приготовившись нашептать нечто очень важное. - Надеюсь, твои яйца больше не попадут ни в чьё тесто.

Не дав мужчине возможности опомниться и что-либо ответить, замахнулась и ударила ему коленом в пах настолько сильно, насколько смогла.

Схватившись за болезненное место, Артем выронил букет на пол, но сам, к сожалению, устоял на ногах и злобно шипел, силясь дышать сквозь боль.

- Какого хрена?! - сдавленно вопросил он.

- Одного очень стремного, неверного хрена, - отчеканила в ответ, испытав некоторое облегчение от сделанного.

- Ну, мелкая выскочка! В этот раз за свою дерзость ты ответишь! - Тема набрал в грудь побольше воздуха и стремительно выпрямился. В следующую секунду он уже заносил руку для удара.

Зажмурила глаза, вжала голову в плечи и приготовилась к худшему.

Но, к счастью, удара не последовало, так как в следующую секунду меня оттеснила к стене сильная мужская рука, не дав Тёме шанса закончить начатое.

- Эй, мужик, какого хрена? Я просто хотел...

- Ты просто хотел начать питаться через трубочку? Или срать дальше, чем видишь? -прогремел голос Молотова, который весьма профессионально заломил Тёме руку за спину, чем вызвал неописуемую бурю боли на его уже красном лице.

- Мужик, отпусти, твою мать! Больно! - прокричал Тему и на горизонте показался Кирюха, который увидев происходящее, растерялся на долю секунды. Но вскоре растерянность сменилась неприкрытой злобой, что было видно по играющим желвакам на его лице и поджатым губам.

- Кирилл, - обратился к нему Молотов. - Выведи этого утырка из здания и дай распоряжение охране, чтобы больше в офис его не пускали. А если ещё раз увидят на горизонте, то пусть стреляют.

- Это я с превеликим удовольствием, - с опасной улыбкой произнес друг и, перехватив Тёму у Молотова подобно эстафетной палочке, повел его в направление лестницы. Вероятно, кое-кто сейчас подробно изучит многочисленные ступеньки этого здания.

- Кирилл, подожди! - опомнилась я, подняв с пола букет, - Нагни его побольше, я ему букет в клумбу ногой вставлю.