Кремлевские звезды

И сколько раз ты у него была?

— Раза три точно. Нет, четыре. Но на ночь не оставалась ни разу.

— Ясно. Где баня, говори.

— А на Химкомбинате, на производстве капролактама. Там баня шикарная. Пропуск для тебя на проходной будет лежать. У охраны спросишь, как по территории проехать.

Ну и дела. Ну и дела…

Ладно, баня баней, а дело делать надо. Я выхожу, сажусь в машину и еду в «Кавказскую кухню». Не с пустыми руками, с полным багажником джинсы.

— Здорово, разбойники, — приветствую я Цвета и двух его лейтенантов, Карпа и Михася толстого.

Карп растягивает толстые губы в улыбке, а Михась смотрит серьёзно, по-мужски, без тени веселья.

— Нормально ты тогда того кента уделал, — лыбится Карп.

— Слушайте, братья, я товар привёз, целый багажник, можете сейчас по-быстрому перекидать? И давайте будем уже пробовать. Раздайте своим спекулям, да пусть уже начинают работать. И ещё я вам готов отдать коньяка ящиков сорок для начала.

— Я чё-то не пойму, — хмурит белобрысые брови Михась толстый. — Цвет, мы барыги или воры?

— Миха, — говорю я ему, подаваясь вперёд и доверительно понижая голос. — Может, ты, конечно, и барыга, это ты для себя сам реши. Но главное то, что под тобой докуя реальных барыг и фармазонов. Ты их напряги, и пусть они на тебя пашут, врубаешься? А ты будешь сидеть, да капусту шинковать. Вернее, шинковать Цвет будет, но и вам с Карпом перепадёт. Стопудово не пожалеешь.

Карп одобрительно скалится.

— Нет, ну я ничё, — кивает Михась. — Для себя чисто уточнил.

— Конкретные вы парни, — киваю я. — Это мне в вас и нравится.

Карп с Михасем идут перегружать добро, а мы остаёмся с Цветом.

— Шустрый ты кент, — кивает он, будто с сожалением.

Что, воображаешь, как без меня будешь дела делать? Как наедешь на Ярцева и Большака, подомнёшь Печёнкина и Куренкова, да? Идиот.

— Да, Паша, точно, — хмыкаю я. — Как бы ты без меня справлялся, даже и не знаю. Расскажи, какие у нас расклады рисуются.

— Да, нормальные так-то. Чё, дела идут, контора пишет. Братва довольна.

— Так чего тогда хочет Туман, если, как ты говоришь, валить меня он не собирается?

— Нет, не то, чтобы не собирается, просто ему люди по-человечески чисто объяснили, что это неправильно будет. Что ты в деле, а то что Киргиза загасил, так типа отбивался.

— Ну, а зачем тогда какой-то сходняк, если и так ему всё по-человечески объяснили?

— Ну, братан, ты не вкуриваешь в натуре. Это же официально надо объявить, как там, прения сторон, ваше благородие, господин арбитр. Надо же решение вынести, да? Вынести и довести до всех, чтобы чики-пуки всё было. И, чтоб вопросов у народа не осталось.

— Вот, значит, как. И кто будет на этом сходе?

— Пока не знаю. Приедет кто-нибудь важный, за кем последнее слово. Ты будешь, я буду. От Тумана кто-то придёт.