Крематорий

Олег видел в мыслях, как отдает дочке деньги, как та радостно чмокает его в щеку, обнимает и шепчет на ухо: папочка, я знала, что ты сумеешь мне помочь.

– Спасибо, конечно, – попытался погасить в душе радостные перспективы Мартынов, – постараюсь отдать. Только вот собрать с пенсии будет сложно. Ну, да ничего. Квартиру внаем сдам, а сам в деревню к брату переберусь.

– Не парься, Олег, – усмехнулся Машлак. – Время сейчас, как видишь, сложное, – он кивнул на дымный горизонт, – а летчиков у нас не хватает. Контракт с тобой на целый год начальник готов подписать. – И вновь движением фокусника Машлак положил на стол несколько листиков, скрепленных металлической скобкой. – Видишь, даже подпись свою поставил, не хватает только твоего заявления. На работу нужно выходить прямо сегодня. Ну, как, согласен? С зарплаты за год и рассчитаешься, а там видно будет.

– Согласен, – выдохнул Мартынов, прежде чем успел подумать.

На него словно затмение нашло. Ведь понимал, врет Машлак насчет того, что пилотов не хватает. Вон сколько в городе отставных военных летчиков. Но человеку свойственно верить в собственную удачу. Вот и написал он заявление вчерашним числом, сидя прямо на кухне. Сам Машлак ему и подсказывал, что именно следует писать...

Уже после обеда Мартынов прошел медосмотр и был готов к вылету. Правда, в кресле второго пилота сидел сам начальник безопасности. Но почему именно так, Олег старался не задумываться, боялся спугнуть удачу.

Задание представлялось не сложным. Следовало облететь на самолете приграничные с соседней областью районы, вести мониторинг на предмет возникновения лесных пожаров. Вроде такой заказ поступил от МЧС, в распоряжении которого имелся всего лишь один старый вертолет."

"Полет проходил нормально. Мартынов в душе ликовал – он снова находился в воздухе. А ведь думал, что уже до самой смерти не придется посидеть за штурвалом, ощутить ни с чем не сравнимое чувство полета. Машлак лениво передавал по рации результаты наблюдений. Ближе к вечеру вернулись на базу для дозаправки. Олег даже предложил снять из-под крыльев подвешенные аэропылы – мол, лишний вес, а значит, и лишний расход топлива.

– Некогда, – зло отрезал Машлак.

И вновь взлет. Под самолетом проплыл пылающий, дымящий заповедник. Сердце сжималось от одной мысли, какой ад творится на земле. Машину трясло в восходящих потоках горячего воздуха. Через полсотни километров дымил еще один лесной пожар. Затем под крыльями проплыли выгоревшие поля, и биплан лег на заданный курс вдоль границы с двумя соседними областями.

– Слышь, Олег, – внезапно оживился Машлак, – что-то двигатель у тебя неровно работает, а ты и в ус не дуешь.

Мартынов прислушался.

– Нет, как обычно, нормально фурычит.