Кредит доверчивости

Если покопаться — в нем действительно много чего пропало в последнее время…

Чувство радости, например, от простых, приятных вещей. Хорошего ужина. Короткой прогулки. Интересного фильма. Смешного анекдота. Талантливой музыки.

В одиночку это не имело никакого смысла, не приносило удовольствия, потому что радостью нужно делиться, а делиться с некоторых пор стало не с кем.

Тот, кто сказал, что одиночество тяготит только тех, у кого внутри пусто, — не прав. Можно быть очень думающим и содержательным человеком, но когда не с кем разделить удовольствие, жизнь не приносит радости.

Неудачи, невзгоды, непогожие дни вполне можно пережить в одиночку, но невозможно оставлять только себе счастливые открытия, положительные эмоции и прелести отдыха.

Тогда все это ни к чему.

Он и привык за последний год, что ему это ни к чему. Ощущал себя роботом — работа, еда, работа и отдых, ровно столько, чтобы опять включиться в эту самую работу.

Его желание после неудачного брака снова заполнить свою жизнь семейными отношениями обернулось крахом и попыткой суицида второй половины. Она, эта половина, хотела доказать Никите, что он недостоин ее любви…

Элина Баженова проходила свидетельницей по делу о смерти пассажира в аэропорту. Жгучая брюнетка со жгучими темно-карими глазами и тонкими чертами лица. Белоснежная кожа и фигура без той болезненной стройности, которую принято считать эталоном.

Красавица, равнодушно подумал тогда Говоров на допросе.

Происшествие яйца выеденного не стоило, пассажир умер в зале ожидания от инфаркта. Но он оказался клиентом туристической фирмы, которая принадлежала Элине, и нужно было задать ей пару вопросов, чтобы закрыть это дело за отсутствием состава преступления.

Элина отвечала на вопросы охотно и подробно, а Говоров под взглядом ее цыганских очей почувствовал себя неуютно. Может, все дело в ее сладких духах, от аромата которых кружилась голова и плохо соображалось.

Когда она вышла, Никита открыл форточку. И тут же забыл об Элине.

И очень удивился, когда встретил ее после работы возле своей машины.

— Я оставила у вас в кабинете перчатки.

— Простите, но никаких перчаток я в своем кабинете не находил…

— Не может быть.

— Хотите, вернемся, проверим?

— Нет-нет, не надо. Вы бы заметили их, они яркие, красные, очень приметные…

Говоров вдруг заподозрил, что перчатки только предлог подкараулить его у машины — он точно помнил, никаких красных перчаток у нее не было.

Только зачем его караулить? Дело закрыто, никаких проблем у ее фирмы не возникло — смерть от инфаркта доказана результатами экспертизы.

— Извините, — Элина пошла к своей машине, оставив за собой шлейф духов, которые в прохладе осеннего вечера показались не такими уж удушающими.

— Постойте! — окликнул ее Никита.