Кредит доверчивости

Но вдруг оказался должен…

— Так все говорят.

— Только не в моем случае. Стал бы я погоны позорить, скажи?

Николай с серьезной задумчивостью посмотрел на Таганцева, вздохнул и включил компьютер.

— Ну, давай адресок твоего дружбана, сейчас посмотрим, что он не брал и кому не должен…

Таганцев сунул руку в нагрудный карман рубашки, но бумажку с адресом не нашел.

— Потерял, что ли, — подскочил он, хлопая себя по карманам.

Под насмешливым взглядом Николая Константин вытащил пустую упаковку от жвачки, квитанцию на квартплату, пригоршню семечек и носовой платок не очень свежего вида.

— Тогда ничем не могу помочь! — с некоторым злорадством провозгласил Николай.

— Можешь, Коля, можешь. — Жестом фокусника Таганцев достал из нагрудного кармана удостоверение, а из-под пластиковой обложки, в которую оно было заботливо упаковано, — сложенную вчетверо бумажку с адресом. Благо в последний момент он вспомнил, что положил ее туда именно для того, чтобы не потерять. Развернув, Константин сунул бумажку Николаю под нос.

— Кузнецова Наталья Владимировна, — прочитал тот вслух. — Зазноба, что ли, твоя?

— Ты читай, там адрес и паспортные данные.

Вздохнув, Николай вбил данные в компьютер."

"Таганцев внимательно проследил, чтобы этот расслабленный беркут, позиционирующий себя зорким, ничего не напутал. В принципе Николай не вызывал у него негативных чувств — обычный полицейский, пусть и бывший, в меру скользкий, в меру обаятельный, в меру умный и хитрый…

— Ничего себе! — Николай присвистнул. — Да твоя Наталья Владимировна — злостная неплательщица… У нее три кредита в банке «Астра-Финанс» — триста, шестьсот и девятьсот тысяч рублей. Плюс проценты. Около двух миллионов накапало!

— Вижу, — буркнул Таганцев, глядя на беспощадные цифры в мониторе напротив фамилии Натки. — Только недоразумение это какое-то.

— У меня, Константин, недоразумений не бывает, — широко улыбнулся Николай, панибратски похлопав его по руке. — У меня как в аптеке. Банк поручил нам взыскать с нее долг, значит, не любит твоя девушка долги отдавать!

— Как в аптеке, говоришь… — Таганцев возбужденно прошелся по комнате, чувствуя, как все-таки закипает в нем неприязнь к этому Николаю — хоть и свой, из органов, хоть и понимают они друг друга с полуслова и полувзгляда, без предъявления удостоверений, погонов и формы. — Значит, это твои аптекари девушке угрожают и у дверей караулят?

Николай вроде бы немного смутился и даже взгляд отвел, но потом с нажимом произнес, в упор глядя Таганцеву в глаза:

— Ты пойми, у меня тут не богадельня… Люди кредиты берут, а отдавать не хотят. И нет, понимаешь, нет никаких законных рычагов, чтобы заставить их расплатиться.