Красный, белый и королевский синий

Джеффри Ричардс, в настоящее время и, предположительно, в будущем единственный претендент на роль главного оппонента его матери в выборах, последние двадцать лет был сенатором от Юты, что подразумевает огромный опыт участия в голосованиях и законодательной деятельности. Все это команда его матери изучила уже вдоль и поперек. Алекса же интересуют вещи, которые не так просто раскопать, – многие поколения генеральных прокуроров Ричардсов и федеральных судей Ричардсов были способны скрыть что угодно.

Его телефон, заваленный кучей бумаг на столе, начинает вибрировать. Сообщение от Джун: «Поужинаем? Скучаю по твоей мордахе». Он любит Джун, искренне любит ее сильнее всех на свете, но сейчас слишком занят.

Он ответит ей минут через тридцать, когда закончит.

Уставившись на видеозапись интервью Ричардса, развернутую на планшете, Алекс пытается считать с лица мужчины невербальные сигналы. Естественные седые волосы, сверкающие белые зубы, как у акулы. Тяжелая челюсть дядюшки Сэма. Стал бы прекрасным предпринимателем, учитывая то, как самозабвенно лжет о законопроекте. Алекс делает несколько пометок.

Спустя полтора часа еще один вибрирующий звук отвлекает Алекса от погружения в историю подозрительных налоговых выплат дяди Ричардса в 1986 году. Сообщение от его матери в групповом чате – смайлик с пиццей. Он помечает страницу закладкой и отправляется наверх.

Семейные ужины – явление в Белом доме редкое, при этом проходят они гораздо менее помпезно, чем остальные мероприятия. Мать посылает кого-то за пиццей, и всей семьей они занимают игровую комнату на третьем этаже. Вместо фарфора – куча одноразовых тарелок, в качестве напитка – Shiner[18], привезенный прямиком из Техаса. Алекса всегда забавляет, когда какой-нибудь здоровенный охранник передает по наушнику кодовое сообщение: «Черный Медведь запросил дополнительную порцию желтого чили».

Джун уже на месте, потягивает пиво в шезлонге. Чувство вины незамедлительно колет Алекса, когда он вспоминает о ее сообщении.

– Черт, я полный урод, – говорит он.

– Ммм, это точно.

– Но чисто технически… я ведь ужинаю с тобой?

– Просто принеси мне пиццу, – просит она, вздохнув. После того как охранная служба в 2017 году неправильно истолковала крики и споры по поводу пиццы с оливками, чуть не заблокировав всю резиденцию разом, теперь каждый получает собственную пиццу.

– Не вопрос, Жучок, – говорит он и берет две коробки. «Маргарита» – для Джун, пепперони и грибы – для него.

– Здравствуй, Алекс, – звучит голос откуда-то из-за телевизора после того, как он устроился поудобнее со своей едой.

– Привет, Лео, – отвечает Алекс. Его отчим копошится в проводах – возможно, пытается провернуть что-то, достойное самого Тони Старка.