Красный, белый и королевский синий

 Любая информация, касающаяся или затрагивающая личную жизнь Его Королевского Высочества принца Генри, указанная в официальных королевских документах, выступлениях или утвержденных биографиях, включающая личные отношения, в которых может находиться гость с Его Королевским Высочеством принцем Генри;

5. Любая информация, которая может находиться на персональных электронных устройствах, принадлежащих Его Королевскому Высочеству принцу Генри…»

Это уже… слишком. Похоже на договор, который высылает вам какой-нибудь миллионер-извращенец, чтобы потом ради развлечения открыть на вас охоту. Алексу вдруг приходит в голову, кто вообще может скрываться за одной из самых приличных и скучных публичных фигур мира. Он очень надеется, что это и правда не охота на людей.

Алексу знакомы подобные соглашения, поэтому расписывается, указав инициалы. Не так уж ему и хочется разглашать унылые детали этой поездки кому-либо, кроме, разве что, Джун и Норы.

Спустя четверть часа они подъезжают к конюшням, и охрана встает вокруг них плотным кольцом. Королевские конюшни, конечно же, вычурные и холеные, далеки от старых техасских ранчо, где Алексу приходилось прозябать. Шаан ведет его к самому краю загона в сопровождении Эми и агентов спецслужб, следующих в десяти шагах позади.

Алекс оперся локтем о лакированный белый забор, борясь с внезапно возникшим абсурдным чувством, что одет неподобающе случаю. В любой другой день на стандартной фотосессии его слаксы и рубашка с пуговицами на воротничке смотрелись бы прекрасно, но впервые за долгое время он ощущает себя не в своей тарелке. Неужели его волосы так ужасно лежат после самолета?

Впрочем, Генри вряд ли тоже будет выглядеть лучше после поло. Скорее всего, он будет потным и отвратительным.

Словно по мановению волшебной палочки, Генри приближается к Алексу верхом на великолепной белой лошади. Он явно не потный и уж точно не отвратительный. Напротив, в лучах заходящего солнца, в своем свежем черном жакете и брюках для верховой езды, заправленных в высокие кожаные ботинки, он выглядит, как настоящий принц из сказки. Отстегнув ремешок рукой в перчатке, он снимает шлем. Растрепавшиеся под ним волосы выглядят так, словно так и задумано.

– Меня сейчас вырвет прямо на тебя, – говорит Алекс, как только Генри приблизился к нему достаточно, чтобы услышать."

"– Здравствуй, Алекс, – отвечает Генри. Внутри Алекса все бурлит от того, что принц возвышается над ним. – Ты вроде… протрезвел.

– Все для вас, ваше королевское высочество, – отвечает он, отвешивая насмешливый поклон. Его радует холодный тон Генри: наконец-то тот перестал притворяться.

– Ты чересчур добр, – произносит принц.