Красный Анклав (СИ)

Служба тыла проводила ревизию захваченной в ангарах техники гарнизона, распределялись экипажи, у всех выходов спешно, но профессионально возводились укрепленные блок-посты. Крупнейшая артерия, соединяющая крепость с гражданской секцией комплекса - центральная железнодорожная ветка - была перекрыта особо тщательно - помимо тяжелой трофейной техники здесь, выставив щиты в направлении вероятного противника, стояли сразу три ТАКТа, закрывая своими массивными телами большую часть туннеля.

Передышкой по полной программе пользовались не только войска вторжения, но и блокированные силы гарнизона, все это время поддерживающие по линиями внутренней связи контакт с администрацией комплекса. Те, в свою очередь, объявили мобилизацию гражданского персонала и при поддержке сил обеспечения порядка совместно с местным отделом КГБ готовились к обороне, возводя баррикады, минируя подступы, затапливая целые сети туннелей. За многие годы изоляции расклад внутренних сил здесь значительно изменился - роль армии была задвинута на задний план, командованию гарнизоном был ограничен доступ в комплекс, а строгие правила, предусматривающие монополию на тяжелое вооружение сугубо армейским подразделениям были аннулированы в пользу значительного усиления МВД и КГБ. Несмотря на серьезные разногласия, между гарнизоном и администрацией установились равновесные отношения - в конце концов они все были в одной лодке, которая много лет дрейфовала в темном каменном подземном мешке. Администрация скрывала от командования гарнизоном установление контакта с Союзом и планировала делать это до тех пор, пока не выработаются устойчивые правила взаимовыгодного взаимодействия на основе уважения их суверенитета и права на независимое управление комплексом. Даже сейчас, когда гарнизон потерял около ста человек убитыми и ранеными от внезапной атаки сил Союза - первый секретарь Глашевич отказывался сообщать реальное положение дел генералу Скоблеву, растягивая время и делая вид, что точно так же обескуражен вторжением. Глашевич не удивился столь скорому поражению крепости - моральный дух гарнизона давно был подорван проводимой им политикой изоляции военных от принятия решений, а низкий моральный дух ведет к потере бдительности. Другое дело - выпестованные им в устрашающую репрессивную машину ведомства внутренней безопасности. Они не только сами были способны дать отпор любому врагу, но и заставить население встать с ними бок о бок на защиту родного дома.