Кай из рода красных драконов (СИ)

Там уже вся деревня теперь живёт. Хорошо! Туда Ичин и братьев твоих послал.

— А зачем?

До меня только сейчас дошло, что ни Ойгона, ни Темира я сегодня не видел. И даже, в общем-то, не задумался, где их носит.

Братьями они были мне пока номинально. Ойгон решил, Темир — младший — кивнул, ладно, мол.

Но это хорошо, что сегодня они в драку не влезли. С Ойгона бы сталось. Он сначала за меч хватался, потом думал. Я помнил, как братья сначала зарубили воинов терия Вердена, а потом головы ломали, куда деть трупы. Да и то это шаманка их надоумила.

— Обряд же был, — пояснил Истэчи туманно. — Думали — хорошо пойдёт!

— Ну, обряд, и? Братьям — нельзя было на это смотреть, что ли? Не хорошо?

— Хорошо, — удивился Истэчи. — Но ты был бы сейчас мёртвый. А утром бы снова родился. А одежда тебе новая? А оружие? Ночью они придут, или утром. Принесут, что положено.

Я кивнул, что, мол, понял.

Братья, значит, полагали, что обряд пройдёт, как надо. И отправились за одеждой и снаряжением для неофита.

Почему они? Так пир же намечался. Остальные бы заартачились. Не много порядка в отряде барсов, раз тут можно нож всадить в обрядовое животное.

Мерген же ведь, получается, лишил духов заслуженного «коня». Не побоялся бросить вызов шаману и предводителю. Не мне, я тут пока — с боку припёку.

Но Ичин промолчал. Сделал вид, что не заметил подставу.

А почему? Старый стал? Боится гуся этого надутого? Или у них законы какие-то есть, что нельзя воинам взять и подраться?

— Слушай, Истэчи, — спросил я, задумчиво созерцая, как Мерген что-то высокомерно цедит сквозь зубы, а Ыйген слушает, хмуря густые брови. — Вот мясо мне жрать нельзя, охотиться — нельзя. А драться на мечах — можно? Поединок, там, например? Если обидит кто?

Приятель так удивлённо вскинул брови и округлил глаза, что я мысленно выругался.

— Кто же может запретить воину сражаться в поединке? — спросил Истэчи, разглядывая меня как диковинку. Мол, ладно — провалы в памяти. Но такое забыть?! — Поединок идёт перед небом — Тенгри. Он смотрит. Как может кто-то его запретить? Вот слушай: встретили мы как-то в горах волчью дюжину с соседнего перевала…

— Отлично! — я ощутил, что на душе сразу стало легко и радостно.

Замечательное всё-таки место, этот воинский лагерь барсов! Всегда мечтал, чтобы не мучиться, как разрешить проблему, а просто взять и по башке настучать.

Я же голодный и злой сейчас как собака. А Мерген мяса нажрался от пуза. Вон как тяжело дышит.

И меч у меня имелся. Тот, что сунул мне Истэчи.

Неважнецкий, конечно: тяжеловатый, не очень хорошо сбалансированный, с полуторной заточкой.

Приятель явно держал его про запас, на самый крайняк. Но тут уже — что есть.

Наблюдая за тем, как двигается Мерген — неуклюже поворачиваясь всем корпусом — я понимал, что боец он медленный, но сильный.